«Сыграем?» — предложил двум шулерам мировой судья в городе Кенема на востоке Сьерра-Леоне. Но, указав на конфискованную колоду карт, судья поставил жесткое условие: он отпустит мошенников, если… его обыграют. А если нет — упечет за решетку.

Профи-картежники, арестованные на центральном рынке в тот момент, когда одурачивали сограждан, сначала отказывались садиться за игру с судьей. Они, как и все местные жители, знали, что судья считается искуснейшим во всей округе преферансистом.

«Лучше судите нас по закону», — взмолились два шулера.

Однако непреклонный судья взял отобранную колоду и принялся ее тасовать. Глядя, как ловко мэтр манипулирует картами, жулики снова взмолились о пощаде. Пришлось им составить письменное обещание, что подобного больше не повторится…

Особенно славились побегами революционеры-социалисты. Регулярное перемещение из Сибири за границу осуществлялось на деньги «эксов» и фабрикантов вроде Шмита, Морозова и т. д.

Самый веселый побег был проделан в Киевском централе.

Тогда восемь большевиков во главе с будущим наркомом иностранных дел Литвиновым имитировали игру в лапту. Взобравшись друг на друга (невинная фигура «горка»), они мигом сиганули через стену, не забыв прихватить оставшихся товарищей.

В программу подготовки эстонских полицейских пора вводить спецкурс «актерское мастерство». Стражи порядка, и это им теперь разрешается законом, все активнее внедряются в криминальные структуры, участвуют в нелегальных сделках, выступают инициаторами преступных деяний. Полиция безопасности арестовала за взяточничество следователя тартуского бюро. Чтобы не мучиться в поисках доказательств, сотрудник полиции безопасности под чужим, понятно, именем попросил следователя освободить из-под стражи одного из преступников. Сделка была оценена в 2000 крон (180 долларов). Следователь получил свой гонорар… и очутился за решеткой. Еще раньше «подсадная утка» взяла взятку от бывшего премьер-министра Эстонии Индрека Тооме.

Актерами в бродячей труппе «Фортресс драма» были бывшие заключенные, демонстрировавшие недюжинные сценические дарования.

Гастроли по Италии продолжались довольно долго и сопровождались ограблениями банков в тех городах, где появлялась труппа. По вечерам актеры-взломщики показывали драму из истории Французской революции, а рано утром забирались в какой-нибудь банк, даже не снимая грима и париков. Их похождения фиксировались скрытыми видеокамерами. Но «волшебная сила искусства» делала их неузнаваемыми, хотя итальянская полиция хорошо знала их всех, как говорится, в лицо. Театр из уголовников прекратил свои гастроли лишь в итальянском городе Генуя. Зрители их освистали, а полиция препроводила в тюрьму за ограбление банков.

(КОД. 1995. №11)

Мы приводим выдержки из необычной публикации. Автор ее — известный российский академик Дмитрий Сергеевич Лихачев, а год издания — 1930.

Картежная игра имеет в воровской среде немалое значение в достижении высших ступеней жульнической квалификации. Умелого и «тонкого» воровства далеко не достаточно для того, чтобы стать испытанным «духовым» («духовым» называется крупный вор), «жиганом» («жиган» — удалой вор, герой, каким его рисует себе шпана). Неумение постоянно рисковать всеми своими деньгами, «тряпками» или даже жизнью, так же как и неверность своей воровской этике, составляет признак «дешевого человека». «Глубоко свой» («свой» — вор) всегда носит при себе колоду карт и готов играть где угодно и при каких угодно обстоятельствах. Даже собираясь «на дело», жулик захватывает с собой карты. Азарт руководит всеми его поступками. Карты же помогают жулику коротать время в тюрьме.

Привычка к постоянному напряжению всей нервной системы, привычка рисковать делают особенно тяжелым однообразие тюремной жизни. Карты дают жулику необходимое, чисто физиологическое ощущение риска. Многие жулики сравнивают ощущение при игре с ощущением при краже.

За приобретением карт дело не станет. Главная трудность заключается в бумаге, но если в тюрьме имеется библиотека или какие-нибудь «красные уголки» с газетами или журналами — трудности не существует.

Бумага склеивается в несколько слоев хлебным клеем (хлеб обдается кипятком, и отжатой жидкостью клеят). Склеенные листы нарезаются и на них переводятся — «стираются» — рисунки через трафаретки. Трафаретки — обыкновенные листы бумаги, на которых вырезаются острым ножом или бритвой очки в форме нужной масти.

Краской служит слегка разведенное на химическом карандаше, саже или чернилах мыло. Красная масть отличается очертаниями очков. Фигуры создаются комбинациями очков. Некоторые колоды делаются очень старательно, и такие колоды уже не выдаются администрации. Есть колоды, на которых тузы изображаются сочетаниями звезды, серпа и молота, валеты — красногвардейцами и т. п. В таких случаях всегда имеется несколько колод, которые специально держатся для выдач.

Существует целый ряд способов обыграть противника в стос. Фрайера называют их шулерскими, а «свои» просто «шансами».

При одном из наиболее распространенных «шансов», так называемом «баламуте», карты располагаются в нужном порядке. Тасовка производится таким образом, что те карты, которые в нее всовываются, из нее же и вынимаются, а потом ставятся на прежнее место. Получается впечатление настоящей тасовки, а в конечном результате колода остается нетронутой. В некоторых случаях для той же цели делается так называемый «клин» — те карты, которые при подобной тасовке должны оставаться нетронутыми, слегка подрезаются с угла вдоль карты так, что карта становится несколько уже. При тасовке вытаскиваются только те карты, которые не подрезаны.