– А ты...

– Мне твою библиотеку не отдадут, тут совет сразу встанет на дыбы, и будет откровенного говоря прав. Сазке, так не бывает, чтобы ты получил что-то просто так, всегда нужно прилагать усилия, расплачиваться потом, кровью и шрамами. Освой в должной мере технику Огненного Клинка, и можешь писать прошение о проведении досрочного экзамена на чуунина. А в день, как ты получишь библиотеку, помогу тебе раскрыть Мангекё Шаринган, клянусь!

– Хорошо... спасибо тебе аники...

* * *

– Сазке... где Сазке-кун?

– Орочимару-сама, у нас много готовых тел. К тому же вы можете забрать моё...

– Нет! Кххээ... Это должен быть Сазке-кун... ты хоть знаешь как долго я ждал?

– Но вся наша сеть в Листе либо уничтожена, либо залегла на дно, Нара и Яманака взялись за внештатных сотрудников Корня с задором ищеек Инузук. Последний, кого мы смогли задействовать - тот придурок Мизуки, задание выполнил, но его наверняка уже потрошат мозголомы. А последний шиноби ранга `А' Кимимаро явно погиб, разведчики обнаружили остатки применения Костяного Леса, что учитывая состояние его здоровья, наверняка стоило жизни последнему Кагуя.

– Нет, он придёт, обязательно придёт, я обещал ему силу, которую он так жаждет...

– Но мы должны спешить!!! Проклятье Третьего Хокаге оказалось слишком сильно! Еще немного и оно перекинется с рук на всё остальное тело, и тогда вы просто не сможете применить дзюцу реинкарнации!!!

– ГХААА!!!

– Я приготовлю лучших из лучших, положитесь на меня.

После был отбор одного из многих пленников, заключённых в катакомбах деревни Скрытой-в-Звуке. А дальше один признанный достойным вышел из своей темницы, и предстал перед Орочимару. Этот узник был сильным шиноби, из свободного клана, не принадлежащего ни к одной деревне, но от яки Белого Змея он просто потерял способность дышать.

– Не бойся... часть тебя останется жить в моём подсознании. Ты потеряешь не всё. А теперь... я заберу твое тело.

...

– Как вам новое тело?

– Слабое, очень слабое, ближайшие несколько недель мне и двигаться не стоит. А не то могу ненароком порвать эту хилую систему циркуляции своей чакрой.
– Бывший узник, обмотанный бинтами с вязью иероглифов по всей их длине. Эти печати должны были защитить чакроканалы, через которые сейчас пропускались невиданные объемы этой мистической энергии.
– И ведь это несмотря на мою ослабленность и то, что я сдерживаю свою чакру как могу. Эх, что там с Сазке-куном?

– Ничего не понятно. После того как Цунадэ стала Хокаге...

– Не смеши меня, эта вздорная девчонка ни в чём кроме медицины никогда не разбиралась. Там всем теперь заправляют Нара, при поддержке Яманака и Хъюг. А ведь я на Цунадэ надеялся, если кому и было по силам вылечить мне руки, то только ей, и ведь даже чем купить её у меня есть... хотя возможно, что это даже к лучшему. Данзо давно начал наглеть, а кланы его сейчас хорошо прижали, да плата... Цунадэ, конечно, номинальная фигура, но если её купить, она может очень пригодиться...

– А что делать с Сазке-куном?
– Решил, наконец, прервать молчание Кабуто, когда понял, что его хозяин закончил обдумывать свои планы.

– Пока ничего. Я смогу использовать дзюцу реникарнации лишь раз в три года, так что сейчас он мне бесполезен. Конечно, я хотел бы подготовить тело, но судя по всему, лисёныш оказался на диво талантлив, весь в папочку, так что он тоже сможет развить способности Сазке. А потом... думаю Учихе так и не сообщили подробности того, как его брат вырезал свой клан.

– Вы в этом уверены?

– Да, это была операция Корня, а Данзо никогда не оставляет каких-либо документов о своей работе. Остальных исполнителей Итачи перебил, парочке координаторов стёрли память. Из тех, кто доподлинно знает, что тогда случилось, остались только Данзо, сам Итачи, тот парень в маске, и я. Мне это сообщили, когда передали задачу на ликвидацию беглого Учихи. Думаю, года через три стоит раскрыть бедному Сазке-куну глаза на истинное отношение Листа к его клану...

* * *

По тёмному коридору медленно шёл мальчик, волосами цвета пшеницы и яркими голубыми глазами. Всё вокруг было залито водой примерно до уровня середины голени паренька, но он, казалось, не обращал на ледяную воду никакого внимания. Хотя сам Наруто, а это был именно он, даже рад был воде, ведь после снятия большей части закладок, она больше не напоминала дурнопахнущее болото, а была явно проточной и даже изредка закручивалась в водовороты. Стены этого лабиринта были покрыты трещинами, а кое где и вовсе обвалились. Наконец, после долгих блужданий, Удзумаки вышел в просторный зал, дальняя стена которого представляла собой ажурную решётку неописуемой красоты.