Франсуа сидел на корточках перед вторым зверем и осторожно трогал тушу кинжалом. Он уже успел умыться и теперь выглядел вполне пристойно. Правда, лицо имел бледное, как у ожившего мертвеца.

— Иди сюда, — подозвал я его.

— Да, ваша милость, — быстро подскочил ко мне мальчик.

— Ты молодец. Хорошо держался, — похлопал его по плечу.

— Это мой долг перед вами, ваша милость. Я старался, — вежливо склонил голову Франсуа.

— Впредь так и действуй, и моя милость не обойдет тебя. — Я выудил из кошеля серебряную монету и отдал пареньку: — Держи, купишь себе что-нибудь.

— Благодарю вас…

— Не благодари. Живо камизу себе застирай, а то пятна крови останутся. — Я ткнул пальцем в пятна на рубашке паренька.

— Потом… — Франсуа отшатнулся.

— Сейчас! — На самом деле я неспроста решил заставить Франсуа заняться стиркой. Закралось у меня легкое подозрение…

В общем, я было совсем уверился, что мой слуга — девчонка. Конечно, я привык видеть в современности инфантильную молодежь с полным отсутствием определяющих половых признаков. Но я сейчас не в современности… То есть в современности, да не той. В пятнадцатом веке метросексуалов не бывает.

— Завтрак готовить надо, я попозже… — попробовал отговориться Франсуа.

Девка! Сто процентов — девка. Пацан бы разоблачился без особого стеснения.

— Тук, иди сюда! — позвал я шотландца и, когда тот подошел, приказал: — Стяни с него камизу.

— Я сам! — Франсуа решительно вскочил и стал стягивать курточку. Затем вытащил из штанов камизу и тоже снял ее через голову.

Нет! Сисек нет. М-да… А я уже совсем утвердился в женской сути своего слуги. Худющий… кожа да кости… Но не беда. Кости есть, а мясо нарастет. Хотя что-то не мальчиковое в фигурке есть…

— Вы, ваша милость, думаете, что я девчонка! — с обидой выкрикнул Франсуа. И потянул завязку на штанах. — Могу и достоинство свое показать.

— Не надо. Достаточно. Я удовлетворен. Вперед, стираться!

Ограничимся уже увиденным: не девка! Однозначно. Конечно, отсутствие груди до конца ничего не проясняет. Бывали у меня в жизни случаи. Но! Парень разделся сам, а если бы он был девочкой, выполнить это — полный разрыв шаблона для целомудренного Средневековья.

Ладно… хватит экспериментов. Да и Тук совсем не одобряюще косится. Прикипел к парнишке. Хотя если он похож на его покойного брата, то и не удивительно.

— Монсьор… — укоризненно протянул шотландец, — да парень он. У меня глаз наметанный. Ни в жисть не спутаю. Просто он стыдливый. Говорил же — его в монастырь готовили…

— Все, не ной. Должен же был я как-то проверить. Закрыли тему. Завтракаем, собираемся — и в путь.

Позавтракали всухомятку хлебом и сыром, собрались и, не мешкая, выехали. Я намерился как можно быстрее попасть в Фуа. Там сейчас правила родная сестра Луи XI — Мадлен Французская. Вдова погибшего на турнире Гастона де Фуа. Конечно, формально правила не Мадлен, а ее шестилетний сын Франциск Феб, но именно при нем она и состояла регентшей. Или как тут говорили — региной.

Расчет у меня простой. Вряд ли меня будут искать в Фуа, где правит сестра Паука… Во всяком случае, я очень надеюсь на это. Да и миновать Фуа по пути в Арагон не удастся.

К тому же в Фуа я надеялся найти проводника через Пиренеи. Удобные перевалы, через которые двигались торговые караваны, все были плотно перекрыты войсками Луи. Напряжение с Арагоном у франков все возрастало. Нередки были пограничные стычки, а с учетом того, что меня активно разыскивали, путь мне через них был заказан. А без проводника искать переходы через Пиренеи — занятие для клинических идиотов. Эти горы и в двадцать первом веке остались в категории труднопроходимых и непредсказуемых, а в Средневековье — и подавно.

Я припомнил, как проезжал их вместе с командой по пути на соревнования в Испании. Мы тогда следовали в Памплону, через Ронсевальское ущелье. Просто оторопь брала при взгляде в жуткие провалы, на дне которых бурлили неистовые горные речушки. И погода менялась мгновенно. Безоблачное небо и солнышко в считаные секунды сменились свинцовыми тучами, шквальным ветром и градом. Я тогда очень боялся, что автобус сметет в пропасть порывом урагана. Снег там, кстати, на многих вершинах и перевалах лежит круглогодично. Представляю, что там сейчас творится… В общем, проводник нужен.

Еще до обеда добрались к притоку Гаронны. Река Арьеж по ширине не отличалась от своей более известной сестры, но была мельче, с изобилием отмелей и перекатов. В этом месте она была еще судоходной, но уже в предгорьях, где и расположен Фуа, таковой быть переставала, превращаясь в бурный горный поток.

Переправились на другой берег на пароме, обычной барке с экипажем из десятка паромщиков с шестами. Коренастые мужички бодренько переправили нас, содрав за переправу целых пять су. Немало, но в этом виноват я сам, надо было сразу начинать путешествие по левому берегу.