Здесь, думается, крайне важно отметить, что законодательство Моисея включало в себя и законы ведения войны, на основе которых и действовала еврейская армия, а также политические лидеры и военачальники еврейского народа. И эти законы, безусловно, заслуживают того, чтобы остановиться на них особо.

Первое и главное правило ведения любой войны, согласно Пятикнижию, заключается в том, что «Когда подступишь ты к городу, чтобы завоевать его, то предложи ему мир. И будет, если он ответит тебе миром и отворит тебе, то пусть весь народ, который находится в нем, платит тебе дань и служит тебе...» (Втор. 20:11).

Безусловно, в данном случае речь идет о завоевательной войне, то есть войне по овладению Ханааном, однако правило, по которому следует любому противнику предлагать мир (даже в том случае, если проведена мобилизация армии и войска проделали немалый путь), считалось общим для любой войны.

«Танах» (Ветхий Завет) неоднократно объявляет мир высшей ценностью, рассматривает существование народа в мире как одно из главных благ, и не случайно все пророки представляли будущие мессианские времена прежде всего как эпоху наступления всеобщего мира.

Далее следует закон, который в тексте касается только ханаанских городов, но в принципе носит всеобщий характер: если город, против которого ведется война, отказался принять условия мира, то его следует осадить, но осадить лишь с трех сторон — оставив четвертую свободной, чтобы те жители города, которые пожелают его покинуть, могли бы беспрепятственно это сделать. Что касается правила об уничтожении всех жителей города, не пожелавших ни сдаться, ни покинуть его, то оно действительно касается исключительно городов тех семи хананейских народов, которые должны были быть уничтожены, ибо так, по словам Моисея, повелел Бог.

Более того — Закон Моисеев запрещает во время войны уничтожать растущие вокруг осажденного города плодовые деревья:

«Если осаждать будешь город долгое время, чтобы взять его, то не порти деревьев его, поднимая на них топор, потому что от него ты ешь, и его не срубай. Ибо разве дерево полевое — это человек, чтобы уйти от тебя в крепость? Только дерево, о котором ты знаешь, что плоды его несъедобны, его можешь срубить, чтобы строить осадные башни против города, который ведет с тобой войну, пока не покоришь его» (Втор. 20:19—20).

По одному из мнений, этот закон продиктован прежде всего заботой о жителях осажденного города: рано или поздно осада с него будет снята и обитателям города понадобится пища. В этом случае растущие за городом фруктовые деревья могут оказать существенную помощь горожанам. К тому же выращивание одного такого дерева требует достаточно долгого времени, то есть, вырубая фруктовые деревья, нападающая сторона наказывает своего противника на несколько лет вперед, что, безусловно, несправедливо.

Чрезвычайно любопытен закон, предписывающий гуманное отношение к пленным, и прежде всего к приглянувшейся воину плененной чужеземке:

«Когда выйдешь ты на войну против врагов твоих, и отдаст их Бог, Всесильный твой, в руки твои, и возьмешь у них пленных, и увидишь среди пленных женщину красивую, и возжелаешь ее, и захочешь взять в жены, то приведи ее в дом свой, и пусть она обреет голову свою и не стрижет ногти свои, и снимет с себя одежду пленницы, и пусть сидит в доме твоем и оплакивает отца своего и мать свою месяц. А затем войдешь к ней и станешь мужем ее, и она будет тебе женою. Если же случится, что ты не захочешь ее, то отпусти ее, куда она пожелает, но не продавай ее за серебро, не издевайся над нею, ибо ты принудил ее...» (Втор. 21:10—14).

Большинство комментаторов отмечают, что этот закон прежде всего призван стоять на страже запрета на брак еврея с иноплеменницей. Пятикнижие признает, что у войны — свои законы; оказавшись на войне, мужчина нередко забывает о традициях и обычаях своих предков и вопреки им может увлечься женщиной из чужого народа, овладеть ею, а затем и привезти на родину, чтобы на ней жениться. В этом случае Библия предлагает еврейскому мужчине в течение месяца проверить силу своего чувства. Если после того как женщина обреет голову и в течение месяца будет сидеть в рубище, будучи лишена возможности пользоваться косметикой и вообще ухаживать за своим телом, мужчина все равно захочет на ней жениться, значит, женщина должна пройти церемонию гиюра — перехода в еврейство, — после чего они смогут сочетаться браком по еврейскому обряду.

Однако если захвативший ее в плен мужчина вдруг охладеет к своей пленнице, ему все равно запрещено дурно обращаться с ней и продавать ее как рабыню. Нет, он должен просто отпустить ее на свободу и дать ей на первое время денег, так как это из-за него она оказалась вдали от родных мест в столь бедственном положении. И это уже, согласитесь, чрезвычайно гуманный закон, особенно с учетом нравов народов древности. В целом, как отмечал отец Александр Мень, «ветхозаветные правила ведения войны были довольно мягкими, даже в сравнении с нынешним временем». Многие из них стали общепризнанными лишь после принятия нынешних международных законов о правилах ведения войны, а до некоторых человечество до сих пор не доросло.