Но вот вдалеке замаячили высоченные башни центрального замка сиддхов. Они словно стражники-исполины, зорко и добросовестно оберегали спящий у их основания город от злых намерений чужаков. Вскоре показалась линия высокой защитной стены с красивыми каменными воротами ровно посередине, на которых умелые мастера изобразили какой-то отрывок местной истории с участием присветлых созданий и каких-то огромных баб. По периметру белых каменных стен, были выстроены деревянные башни, на которых уже вовсю собирались лучники и маги, а на сами стены в спешке возводили катапульты.

Первым города достиг конечно же сам Господин, и лишь ворота оказались в радиусе поражения, дракон ударил по ним мощной струей красного пламени, но те, словно сотканные из призрачного материала пропустили огонь сквозь себя, не получив ровным счетом никакого вреда. Дракон зашел на второй круг и вновь ударил огнем, но все без толку. Божественное благословение никуда не делось.

Зло зарычав, дракон завис над воротами и из крыльев его ударил каменный дождь, пылающий, словно призванный из самого ада, и прошелся по защитным постройкам, наскоро возведенных людьми для обороны города присветлейших сиддхов. Здания вспыхнули Светом и остались целы и невредимы, как и дорога возле них и парк находившийся неподалеку. Еще одна попытка и еще одна неудача. Вот города достигли первые низшие демоны и сходу бросились на стены и ворота, желая вскарабкаться по ним, но тут же вспыхнули белым светом, мгновенно перестав существовать, не оставив после себя и горстки пепла, словно стены впитали их себя как тряпка разлитую на полу воду.

Войско перло не замечая гибели своих соратников и братьев, каждый вновь и вновь старался угодить зависшему над ними Господину, но все зря. Раз за разом, волны демонической реки разбивались о высокие стены светлого города, и казалось, так будет вечно, казалось, что защита города абсолютна, но…

Не устающий поливать город каменным дождем, дракон бросил это пустое занятие и яростно взревев, взметнулся в грозовое небо. Оттуда с жутким воплем, поблескивая мокрой чешуйчатой броней в раскатах грома и молнии, войдя в стремительный штопор, подобно метеориту, он врезался в городские стены, разорвав купол божественного заклинания и открыв дорогу своим войскам.

Видимо кулон и права был очень могуч, раз позволил Господину уничтожить заклинание наложенное Богом. Вот только не понятно, как тогда мне удалось победить демона, носящего этот кулон?

Возликовав, чувствуя скорую победу, орды низших и средних демонов попытались войти в город через разрушенную стену, но не успела нога первого демона вступить на землю священного города, как волна магических атак откинула противников обратно за стену.

Дракон взмыл в воздух и попытался атаковать город сверху, но начавшийся по нему магический обстрел, быстро дал понять, что этот вариант не самый лучший. Быстро ретировавшись обратно за стены города, дракон выступил в роли артиллерии, осыпая огнем, выходящие на защиту города войска светлых, которые сходу приняли неравный бой с превосходящим их численностью войском демонов.

Люди – закованные в консервные банки куски мяса со сладкой начинкой в виде светлой души в середине. Так храбро и отчаянно бросались на врага, вставая грудью друг за друга и за спрятавшихся за их спинами сиддхов. Пресветлые создания не лезли вперед, стараясь держаться у самых стен, они играли роль поддержки, благословляя идущих в бой воинов, излечивая раненных и держа магические щиты, чтобы оградить своих защитников от смерти в адском пламени демонических заклинаний.

Наконец-то и мы смогли вступить в бой. Все низшие уже давно были вырезаны зачарованными клинками и стрелами светлых рыцарей, средний демонический класс осатанело кидался на с трудом держащие ровный строй войска, но на место одного разорванного противника, тут же вставал другой, продолжая давить наступление созданий Инферно.

Я и мои восемнадцать высших взлетели над полем брани и пикируя, уворачиваясь от вражеских стрел и заклинаний, ринулись на стоящие на стенах катапульты, так ловко давящих и раскидывающих наших братьев огромными валунами. Вцепившись в одну из балок основания, я вырвал огромный кусок, от чего конструкция начала заваливаться и рухнула прямо на стоящих под стенами лучников.

Запах смерти разлитый по полю дурманил и опьянял. Хищно улыбнувшись, я сложил крылья и упал прямо в центр небольшого отряда, идущего на помощь своим. Я резко крутанулся вокруг своей оси, разом срезав головы сразу трех врагов своими крыльями, затем вонзив оному из воинов в грудь когти, я поднял его и быстрым движением откусил голову, но жевнув пару раз выплюнул, из-за железяки, что была надета на нее, перекусить не удалось. По ноге чиркнуло болью, и я инстинктивно вильнул в ту сторону хвостом, сметая нападающего. Распахнув крылья, я сделал мощный взмах в сторону бегущих на меня рыцарей, откинув их назад и повалив на землю, после чего спикировал на них сверху и несколькими резкими движениями обезглавил каждого, пустив несколько веселых фонтанчиков красного цвета.

Я радостно смеялся, когда сделав глубокий вдох, почувствовал как чужая жизнь сочиться сквозь мои пальцы, превращаясь в сладкую пищу, утоляя мою жажду и делая сильнее. Никогда я не пробовал ничего вкуснее. Человеческая душа, так сладка и чиста, я готов был поклясться, что слышал хрустальный звон в тот момент, когда первая из них провалилась вглубь меня. Разлетевшись на мелкие кусочки в огромном колодце моего голода, она дала начало новой главе в книги моей эволюции на пути к еще большему могуществу.

Высокие стены города, наконец, пали и линия обороны светлых, вынуждена была отступать все глубже в город, уводя подальше женщин, детей и пресветлых сиддхов, закрывая их тела своими, отдавая за них свои жизни и отнимая чужие. Я смеялся в тот момент, когда пытаясь укрыться от воздушных ударов, передо мной пробежала девушка, небольшого роста, с заплаканными глазами словно выточенными из льдинок, с белыми как снег волосами, в драном, перепачканном сажей и кровью сарафане. Что-то внутри меня екнуло, словно все происходящее было не правильно. Словно мы делали что-то, чего не должны были делать. Словно это было противоестественно - уничтожать такую красоту, отбирать жизни у столь юных и добрых созданий. Все это мелькнуло в моей голове и тут же исчезло в тот момент, когда когтистая лапа прервала еще одну хрупкую жизнь.