— Ну, что я могу сказать… вот такой вот я уникальный.

Адам тихо рассмеялся.

— Ты стал настолько сильным, что теперь можешь блокировать сигналы спутника?

— Если бы только блокировать сигналы? — Смех мистера Гаррисона был резким и неприятным. — Это уничтожило сам спутник. Спутник, разработанный специально для того, чтобы улавливать высокочастотные волны света. Он рухнул в Петербурге. Произошедший энергетический выброс взорвал спутник.

— Как я сказал, вот такой вот я уникальный. — Улыбка Дэймона была заносчивой, но я чувствовала исходившую от него тревожную энергетику.

— Вау, — пробормотал Эндрю. В его глазах тлело уважение. — Это реально круто.

— Как бы круто это ни было, МО теперь испытывает крайнее любопытство. Старейшины полагают, что агенты будут кружить здесь некоторое время, мониторя происходящее. — Мистер Гаррисон взглянул на свои наручные часы. — Крайне важно, чтобы каждый из вас вел себя самым примерным образом.

— А что говорят остальные старейшины по поводу случившегося? — спросила Ди.

— Честно говоря, они не слишком озабочены этим. У них для беспокойства нет особых причин, — произнес Мэтью.

— Потому что это не они, а Дэймон был тем, кто устроил энергетический взрыв, — прокомментировала Эш и тут же охнула: — Боже! Неужели МО подозревает о наших реальных возможностях?

— Я думаю, они хотят знать, возможно ли, чтобы он мог совершать нечто подобное. — Мэтью изучающе смотрел на Дэймона. — Старейшины сообщили агентам о том, что произошел конфликт между Лаксенами. Никто не упоминал о тебе, Дэймон, но агенты уже знают, что ты обладаешь большими возможностями. Так что можешь ожидать визита от них в самое ближайшее время.

Дэймон только пожал плечами, но меня, словно иголками, пронзил страх. Это не Дэймон был тем, кто ликвидировал Барака, поэтому как он мог объяснить то, что случилось? И станет ли МО подозревать, что Лаксены намного сильнее, чем хотели признавать изначально?

Если так, мои друзья и Дэймон сильно рисковали.

— Кэти, очень важно, чтобы ты проявляла крайнюю осторожность в общении с Блейком, — продолжил мистер Гаррисон. — Мы не хотим, чтобы МО начало подозревать, что ты знаешь больше, чем должна.

— Говорите за себя, — пробормотал Эндрю.

Я метнула на него взгляд, но Дэймон успел ответить быстрее меня:

— Эндрю, продолжай в том же духе, и я…

— Что? — вскинулся Эндрю. — Я говорю только правду. Она не должна мне нравиться только потому, что ты потерял голову из-за какой-то жалкой никчемной человечишки. Никто…

В течение секунды Дэймон оказался на другом конце комнаты. Трансформировавшись полностью в ослепительный красно-белый свет, он подбросил Эндрю вверх и вписал его в стену с такой силой, что задребезжали стекла у развешанных по комнате картины.

— Дэймон! — вскрикнула я, вскочив на ноги в тот же самый момент, как закричал мистер Гаррисон.

Эш подпрыгнула со стула, задохнувшись:

— Что вы делаете?!

Взяв пакет с хлопьями, Ди вздохнула и удобнее устроилась на диване.

— Вот и началось. Попкорн?

Адам взял пригоршню.

— Честно говоря, Эндрю давно напрашивался на то, чтобы его встряхнули. Кэти не виновата в том, что здесь появилось МО. Она рискует не меньше, чем все мы.

Его сестра, резко повернувшись, взглянула ему в лицо:

— Значит, теперь ты на ее стороне? На стороне человека?

— Дело не в сторонах, — произнесла я, не сводя глаз с парней. Оба были полностью в своей естественной форме. Точно так же, как и Мэтью. Это были силуэты, состоящие из интенсивного ослепляющего света. Мистер Гаррисон схватил Дэймона и оттащил его от Эндрю.

Эш какой-то момент испепеляла меня взглядом.

— Ничего бы этого не произошло, если бы ты не появилась здесь. Ты бы никогда не заработала свой изначальный след. Аэрум никогда бы тебя не заметил, и вся эта цепь событий никогда бы не случилась!

— О, заткнись, Эш. — Ди бросила в нее пригоршней попкорна. — Серьезно. Кэти рисковала своей жизнью, чтобы Аэрум не узнал, где мы живем.

— Это, конечно, круто и невероятно жертвенно, — в ответ выплюнула Эш. — Только Дэймону не пришлось бы исполнять роль Рэмбо и противостоять Аэруму, если бы его драгоценная человеческая девочка не находилась в опасности каждые пять минут. Это ее вина.

— Я не его драгоценная девочка! — Я сделала глубокий вдох. — Я всего лишь его… его друг. Друзья обычно защищают друг друга.