Серый поставил сегодня на карту все. Теперь от каждого шага зависело, останется ли он жить, а если останется, то в каком качестве. Хозяином собственного дома или так же, как и раньше, бесприютным скитальцем. В любом случае нужно было выжить. Ночь неторопливо опускалась на землю. Впереди уже виднелась поляна, а посреди нее — большой крепкий дом. Все как описывал Ваня, и хозяйственные постройки справа, в точности как он и говорил.

— Ну как? Самое то! Верно? — раздался совсем близко горячий Ванин шепот.

— Молодец, Ваня, хороший дом подыскал, как стемнеет, начнем согласно плану. Помнишь, что ты должен сделать?

— Обижаешь, начальник. Все будет тип-топ. Так я побежал остальных предупреждать?

— Стоп. Вот этого как раз и не нужно делать. Мы уж как-нибудь сами. Без сопливых. Начнешь по моей команде. А там поглядим, кто чего стоит.

С поляны тянуло банным духом. Со стороны приземистой закопченной баньки к дому вприпрыжку скакала молоденькая, но уже вполне оформившаяся девчонка. Прижимая к груди узел с тряпьем, что-то напевала. Вдруг наперерез ей непонятно откуда выскочил Хруст, с невероятной прытью достал девчонку, свалил на землю и в одно мгновение скрутил ей руки. Серый едва не взвыл от досады. На такой поворот дела он совершенно не рассчитывал. Откуда на его голову взялась эта девка! Дома ей не сиделось! Он выскочил из своего укрытия и бросился к дому, но возле двери уже стоял, поигрывая обрезом, Клоп. Малого нигде не было видно. Ваня вдруг понял, что дело пошло наперекосяк, засуетился, стал в нетерпении поглядывать на Серого, но тот не мог придумать ничего путного. Клоп распахнул еще не запертую на ночь дверь и скрылся внутри. Тем временем Хруст, прижимая к себе девку, прислонился спиной к стене, одновременно прикрываясь заложницей от выстрела Серого и удерживая ее от преждевременного крика. Серому не оставалось ничего другого, как броситься к дому. Ваня побежал следом. Они были на середине поляны, когда произошло невероятное: дверь распахнулась, и из дома кубарем вылетел Клоп. Плашмя рухнул на землю и затих, не подавая признаков жизни. Серый видел, как растерянно закрутил головой Хруст. В этот миг со стороны баньки, где по плану должен был находиться Хруст, громыхнул пистолетный выстрел, за ним другой. К дому с дурным криком бежал малой. Дверь дома снова распахнулась. На пороге возник дед с ружьем в руках. Он только успел что-то крикнуть — пистолет в руке малого снова пролаял. Старик пошатнулся и начал сползать на крыльцо.

Хруст вскинул обрез и прицелился в замершего в десяти шагах Серого. Дико завопил Ваня. Малой все еще бежал к дому и не прекращал орать. Но обстановка уже изменилась, да так, что Серый даже не сдвинулся с места от растерянности.

Откуда-то из-за угла внезапно появилась рослая фигура в камуфляже. Одно смазанное движение — и Хруст словно подкошенный свалился на траву. Мужчина в камуфляже поднял армейский карабин. Хлестнул выстрел. Малой, раскинув руки, пробежал еще несколько шагов, затем, словно споткнувшись, уткнулся носом в землю.

Серый не стал ожидать, когда карабин развернется в его сторону. Пользуясь надвигающейся темнотой, шмыгнул в лес и затаился. Лежа в какой-то яме, слышал, как возле дома заголосила девчонка. Потом началась непонятная возня, там что-то таскали, кто-то стонал. Когда все утихло, Серый ползком двинулся в глубь леса, чтобы найти хоть какое-нибудь укрытие.

Яна дождалась, когда Тарас вернется из бани, накрыла стол и отправилась будить гостей к ужину. Постучала в дверь, подождала немного, преодолев нерешительность, вошла. Разметавшись на постели, спал Казимир, на его плече светилась растрепанная головка Эльзы. Рука ее обхватывала крепкую шею мужчины и слегка подрагивала во сне, словно пытаясь погладить, приласкать его.

Яна замерла в умилении: сколько раз в жизни она уже наблюдала подобную картину! Мама тоже часто спала именно так, положив голову на плечо отца, и ногу на него забрасывала точно так же. В этой позе было столько доверия, нежности, что к глазам подступили слезы. Сглотнув ненужный комок, Яна наклонилась, дотронулась до плеча Казимира. Плечо оказалось твердым, словно вырезанным из дерева.

— Казимир! Простите, это Яна, ужинать приходите, дедушка Тарас уже вас ждет.

Казимир резко открыл глаза, внимательно, будто и не спал, посмотрел на Яну. Затем скосил глаза вниз, убедился, что укрыт, поправил простыню на Эльзе, бережно укутал ее обнаженную спину.

— Спасибо, Яночка, мы сейчас придем. Передай деду Тарасу, что будем через минуту.

Яна вернулась в гостиную и собралась присесть отдохнуть, но вдруг всплеснула руками:

— Ой, вот я ворона, гости наши одежду выстиранную оставили сушиться возле баньки. А уже к ночи дело. Я сбегаю, дедушка? Мигом туда и обратно. Хорошо?

— Конечно сбегай. Отсыреет за ночь. Если сырая, все равно неси, возле печи высохнет.

Яна побежала в баню. На пороге комнаты уже появились Казимир вместе с заспанной и немного смущенной Эльзой.

— Присаживайтесь, — пригласил Тарас. — Дело такое, Казимир. Я бы не стал вас будить, но с Тварью нужно решать, пока она крутится рядом. Не ровен час уйдет, тогда ее не сыскать. Словом, я предлагаю сегодня ночью попробовать ее выследить. А план мой таков. Мы с тобой, Казимир…

Тарас не договорил. Дверь с грохотом распахнулась, и в комнату ворвался грязный, заросший мужик с обрезом в руке.

— А ну, лапы в гору, суки! — зверским голосом заорал он.

Казимир, не успев сесть, странно изогнулся и резко выбросил ногу вперед и вверх. Нелепо взмахнул руками, словно собирался взлететь, мужик с грохотом впечатался в стенку и безвольно сполз по ней на чисто вымытый пол.

— Что за хрень? — спросил Казимир, взглянув на Тараса.

— Твою мать, там Янка! — воскликнул тот и бросился к окну, уже закрытому на ночь тяжелыми ставнями. Выглянув в неприметную снаружи щель, ахнул: — Там еще бандюки. Янку схватили. Один у стены. Держит.

Казимир, став рядом с дедом, заглянул в щель, оценив обстановку, спросил:

— Еще выход из дома есть?

— Да, через кухню, там лаз, снаружи не виден, — коротко ответил Тарас.

— Отвлеки их как-нибудь через две минуты, — бросил Казимир и схватил карабин. — Запомни, через две минуты!