Уродство, которое они видели, похоже не удерживало их от той мысли, что они могут увидеть то зло,

про которое

они слышали.

– Это просто татушки и пара пирсинга, симпатюля. Я обещаю, я безобидный, - сказал он

с улыбкой на лице.

Мне удалось кивнуть. Я должна что-то сказать. Он ждал, что я заговорю.

 - Они мне нравятся, - выпалила я нервно. Я звучала глупо. Он поднял бровь, и ухмылка коснулась его губ.

– Татуировки - они милые. Красочные. Ух. . . Я. . .
– я звучала по идиотски.

Я не могла себя спасти от этого бедствия. Я закрыла глаза, так я смогу не глядеть на голубые глаза которые смотрят на меня, и сделала глубокий вдох.

– Я не очень-то хорошо общаюсь с людьми - парнями, людьми, да со всеми, на сама деле.

Неужели я просто это ему сказала?

Если он просто развернется и уйдет, мы сможет забыть этот момент навсегда. Я открыла свои глаза и увидела его, изучающего меня все с той же ухмылкой на губах.

Он наверное думал, что я была чокнутой.

Может быть он был здесь у кого-то в гостях и не жил в этом комплексе.

Я реально не хотела больше сталкиваться с ним. Никогда.

Он прижал подушечку большого пальца к губам и прикусил её, при этом посмеивался и качал головой.

– Не уверен, что встречал кого-то, похожего на тебя, - сказал он и

вновь опустил руку.

Я был уверен, что он этого не сделает.

– Крит, чувак, - мужской голос позвал со второго этажа, - У нас есть тридцать минут до того, как мы там появимся.

Прими чертов душ и переоденься.

– Дерьмо, пробормотал он, когда посмотрел на свой телефон, который до этого вытащил из своего кармана, - Мне пора.

Но мы еще увидимся, маленькая танцовщица, - сказал он и подмигнул мне, когда отступил назад и пошел по коридору.

Маленькая танцовщица?

Ох. Я закрыла лицо руками. Он видел, как я кружилась как идиотка. Я надеялась на то, что больше не увижу его.

 Я просто хотела жить и не привлекать к себе внимания.

Я уехала от той жизни, где, люди завидев меня жались друг к другу, а за моей спиной смеялись.

Я никому не позволю здесь делать из себя посмешище.

Быть незаметной будет просто.

Если ты попытаешься поговорить с парнями, гений, подумала я про себя. Я подошла к двери, закрыла её и заперла.

В следующий раз, если я захожу сделать что-то или покружиться, сперва я должна закрыть

дверь.

КРИТ

Сегодня вечером у нас был концерт в Лив Бэй. Это городской клуб, в котором зависали как туристы, так и местные жители.

Мы стали любимцами толпы два года назад, поэтому три раза в неделю, по вечерам мы играли в клубе, каждому за это платили по 450 долларов.

Наряду с Лив Бэй, мы также играли в баре, который находился в часе от Флориды, и в других клубах Мобила, города в штате Алабама,

 еженедельные выступления, позволяли каждому из нас,

 выбирать несколько простых выступлений за неделю.

Грин, мой лучший друг и по совместительству бас гитарист в нашей группе Джекдаун, жил со мной в одной квартире.

Однако среди нас были изгои. Мы были семьей. МЫ стали ею с тех самых пор, как начали это дело.

Что до других, у меня, как у моей старшей сестры Тришы, действительно семьи не было.

В нашем доме было дерьмово взрослеть. Теперь у Тришы был муж, Рок, и трое детишек, которых они усыновили.

Ей удавалось почти каждый четверг вырываться на мои выступления, чтобы послушать как я играю, но это теперь.

 Раньше же она не пропускала ни одно моё шоу.

Не смотря на это, я не обижался. Я был рад за нее. Ц неё наконец-то была семья, о которой она так мечтала, и она была счастлива.

Этого было достаточно.

Она была чертовски хорошей мамой, и этим ребят повезло, что она у них появилась.

У нас было хорошее шоу, хотя Триш не было здесь. Да и рыжуха, которую я принесу на руках к себе домой, требовала моего внимания.

Я не достаточно выпил, поэтому я ушел в свои мысли, вместо того,

чтобы сосредоточится на её груди, обладательница которой так хотела, чтобы её заметили.

Я наконец-то заметил. Это единственная причина по которой она окажется в моей квартире.