Шрифт:
— Умница, Магнус! — восхищенно воскликнул Род.
— Однако, — встрял Векс, — крокодил — только один из них. Второй — аллигатор.
— Откуда ты знаешь? — требовательно спросил Грегори.
— У аллигатора морда более тупая, у крокодила острее. Есть и другие различия, но это наиболее очевидное.
— Удрали, надо же, — прорычал крокодил, злобно глядя на детей.
— Вот жизнь пошла… — отозвался аллигатор. — Сплошная инфляция. Куда ни глянь — все вверх взлетает. Даже еда.
— Ну ладно. Чего уж теперь. Попытка у нас с тобой классная была, — вздохнул и отвернулся крокодил.
— Да и детишки, поди, худосочные, — добавил аллигатор и сделал разворот.
— Ничего себе! Вот наглые! — вырвалось у Корделии, и она сердито подбоченилась. — Никакая я не худосочная, а очень даже афпфтф!
Последнее слово получилось неразборчивым — это Магнус прикрыл рот Корделии ладонью и прошипел ей на ухо:
— Замолчишь ты или нет? Неужели ты решила похвастаться перед ними тем, какие мы мяконькие и сочненькие?
Корделия одарила брата убийственным взглядом, но язык прикусила.
— Поохочусь-ка я за какими-нибудь донными рыбками, — проворчал крокодил.
— Угу, — буркнул аллигатор. — А я — за раками.
— Недурственный закусон — если сотенку изловить, — миролюбиво изрек крокодил. — Ну, до завтра, аллигатор.
— Ты так мил, крокодил [7] .
Они расплылись в разные стороны и вскоре исчезли в мутных водах реки.
— Уф-ф! Слава Богу, мы это пережили! — провожая рептилий взглядом, выдохнула Корделия. — Но как они посмели назвать меня худосочной!
7
Не удержусь, читатель, и процитирую оригинал — уж очень изящное двустишие: «See you later, alligator. Wait a while, crocodile*. Это припев из рок-н — ролла в исполнении Билла Хейли.
— Вряд ли бы тебе понравилось, если бы им удалось узнать тебя поближе, сестрица, — заверил ее Магнус.
— Пора, — сказала Гвен. — Нам надо уходить, да поскорее. Вдруг они передумают?
6
Не успели они отойти далеко, как Корделия вдруг остановилась и внимательно вгляделась в траву.
— Что это такое, интересно?
— А ну, дай посмотреть! — Джеффри проворно подбежал к ней, Грегори протолкался между ними.
Гвен обернулась, заинтересовалась и тоже подошла.
По высокой траве пробиралось насекомое, и пробиралось оно настолько целеустремленно и напористо, что Джеффри спросил:
— Может, это мошка — воин?
— Не то чтобы мошка, — прозвучал голос робота, и над детьми повисла большая конская голова. — Это скорее жук, дети. Но это странно.
— Что странного? — сразу насторожился Род.
— Я думал, они крайне редки.
— Кто? — спросил Грегори.
— Эти насекомые. Это скарабей — точно такой, каким поклонялись и каких изображали в скульптурах древние египтяне.
— А вот еще один, — крикнул Магнус, стоявший футах в десяти в стороне. — Он ползет… ой, он ползет к папе!
— Ко мне? — Род опустил глаза и увидел еще одного скарабея, пробирающегося между травинками. — Эгей, и у меня тут еще один. Вот только он к тебе ползет!
— Ко мне?! — вытаращил глаза Магнус.
Корделия захлопала в ладоши.
— Они, наверное, ищут друг дружку!
— Нет, — возразила Гвен. — Они ползут к ведьмину кольцу.
Все посмотрели по сторонам и увидели на полпути от Рода круг примятой травы, а в самой середине этого круга лежал довольно крупный камень и заливался на все лады.
Род нахмурился.
— Это что же такое? Неужто уже Маленький Народец помогает в распространении этих музыкальных булыжников?
— Да нет, — покачала головой Гвен и глянула на мужа с насмешливой улыбкой. — Ты же знаешь, что фэйри водят хороводы по кругу, и после них на траве остаются кольца, но здесь не кольцо, а круг целиком!
— От чего же он сделался? — удивился Грегори.
— Может быть, виной тому сам камень, — неспешно, раздумчиво проговорил Векс. Он перешел ближе к кругу примятой, как бы вытоптанной травы, постарался ступать осторожнее, чтобы не навредить скарабею, и наклонил голову к самой земле. — Да, тут есть небольшое углубление — видимо, ямка существовала тут от природы. Если камень приземлился с приличным моментом вращения, то он мог вертеться и вертеться по кругу, покуда не…
Скарабей выбрался из травы напротив робота, покачался на краю и скатился в ямку.
— Ой! — Корделия всплеснула руками. — Четвертый!
— А вот и наш подоспел, — улыбнулся Грегори.
Магнус, шагая осторожно и размеренно, подошел к ямке.
Он не отрывал глаз от земли.
— Мой приближается.
— И мой тоже. — Род стоял всего лишь в одном шаге от края ямки. — Их всех тянет к камню. То есть — к року.
— Даже скарабеев?! — воскликнула Гвен.
Грегори присмотрелся к жукам.