Прибыло подкрепление – все в штатском. Страйкер кивнул Фелиции, и та вытащила пистолет. Ладони детектива покрылись потом, но он изо всех сил пытался убедить себя, что это лишь дождевая влага. Внезапно накатило ощущение, будто он снова входит в столовую, чтобы сразиться с киллерами.

С тактической точки зрения ситуация была кошмарная. Два копа с пистолетами сорокового калибра и один с дробовиком. Ни светошумовых гранат, ни приборов ночного видения, только пара «маглайтов» да наствольные фонарики. Если так подумать, то Фелиция, конечно, права: отряд быстрого реагирования провел бы этот захват куда эффективнее, особенно если дело дойдет до автоматов и пулеметов.

Но ОБР потребовалось бы время на подготовку, а вот как раз времени было в обрез. По мнению Страйкера, время вообще не существовало как категория – по крайней мере, не в прямом смысле этого слова. Казалось, что все происходящее лишь передышка в ожидании следующей перестрелки.

Детектив двинулся в сторону дома с пистолетом в руке. Он был заряжен пулями десятого калибра – гризли свалит наповал. Страйкер нащупал запасные магазины и порадовался – это не просто какой-то старый пистолет, а боевое оружие, «бенелли». Смертоносная молния в его руках.

– Прикроешь? – бросил он Фелиции, не оглядываясь.

Она молча тронула его за плечо, давая понять, что готова ко всему. С пистолетом на изготовку Страйкер пошел к входной двери.

Даже при более благоприятных условиях подходить к дому с фасада не стоило: свет во дворе у соседей слева не горел, детекторов движения Страйкер не заметил, поэтому собирался воспользоваться двором в качестве прикрытия. Идя перед Фелицией, он перемахнул через ограду, огляделся, нет ли собак. К тому же могли попасться мины. Самодельные взрывные устройства в таких делах теперь не редкость – взять хоть детей из школы «Колумбайн», которые хотели разнести к чертям собачьим местную библиотеку. Поэтому, оказавшись на заднем дворе Квента Вонга, детектив остановился и шепнул Фелиции:

– Смотри в оба: могут быть мины. Проволока, бутылки, контейнеры, иди аккуратно!

Она кивнула. На ее лице застыло напряженное выражение, темные глаза сверкали холодной решимостью. Страйкера одновременно и ужасала, и восхищала ее способность отключать эмоции: за ней как за каменной стеной, на нее всегда можно положиться, даже в самой дерьмовой ситуации. Это редкое качество, подумал он, вспоминая других полицейских, с которыми ему доводилось работать.

Дворы разделяла длинная изгородь из аккуратно подстриженного кустарника. В темноте под проливным дождем она казалась просто черной стеной. В поисках прохода Страйкер подошел вплотную к кустам и вдруг увидел свет на заднем дворе Квента Вонга – он словно бил из-под земли.

– Какого черта? – раздался сзади шепот Фелиции.

Страйкер, не оборачиваясь, показал ей на освещенный участок травы. Длинные волосы Фелиции промокли и облепили лицо. Слегка дрожа, напарница кивнула. Страйкер тоже подмерз: осенний пронизывающий ветер пробирал до самых костей, шелестя в кустах и швыряя в глаза капли дождя.

Фелиция прикрыла его сзади, а он пополз вдоль живой изгороди, пока не нашел небольшой промежуток между кустами – узкий, но пролезть можно. Протиснувшись сквозь ветки, он осмотрелся.

Двор как двор: маленький, ничего особенного. В центре, ближе к дому, небольшое патио – газовый мангал и садовая мебель, стол и несколько стульев.

В дальнем углу между рядами сухого кустарника стояла вертикальная купальня для птиц, а за ней Страйкер разглядел сваленные в кучу старые бетонные плиты – это они и светились.

Страйкер молча показал Фелиции на плиты, она кивнула, он пошел дальше, желая убедиться, что во дворе чисто. Остановившись в патио, увидел, что плиты не просто лежат одна на другой, а сложены квадратом, в центре которого имеется небольшой люк. Из него и исходил мутный свет.

– Колодец? – предположила Фелиция.

– Нет, – покачал головой Страйкер. – Бункер.

– Бункер?!

– Бывшее бомбоубежище, мне кажется. Отойди, прикрой меня, – бросил он Фелиции, встал на колено и пригляделся к люку.

Отверстие было небольшим, метра полтора на полтора. Влезть может только один человек, и то при условии, что вниз ведут не ступеньки, а лестница. Страйкер вытащил фонарик, включил и посветил на края люка.

– Ты что делаешь? – спросила Фелиция.

– Ищу провода, воспламенители, выключатели…

– Есть что-нибудь?

– Нет. Но будь начеку, – велел он через плечо и убрал фонарик.

Сжимая одной рукой пистолет, другой он взялся за ручку люка, поежился от прикосновения к холодному и мокрому металлу и дернул изо всех сил.

Петли резко скрипнули, люк распахнулся, крышка с глухим звуком ударилась о бетон. Страйкер заглянул вниз – тишина. Тусклый свет из неизвестного источника освещал хлипкую лестницу. В самом низу колодца на север уходил мрачный коридор.

– Тоннель ведет к дому. Смотри в оба, – добавил он и поставил ногу на первую ступеньку.