Я сказал ему: «В чем смысл сада? Ты никогда не ходишь внутрь сада, никогда не смотришь на розы, никогда не сидишь на лужайках, а у тебя самые красивые газоны, которые только есть».

Он сказал: «Это опасно; после того как однажды я иду в сад, приходит мали и говорит о том, что ему нужно поднять зарплату. Если я ему скажу что-нибудь о розах: “Ты вырастил прекрасные розы!” - этого достаточно для того, чтобы он поднял этот вопросов. Но я не хочу поднимать зарплату, поэтому мне приходиться избегать собственного сада!»

Он был совершенно другим человеком вне дома, чем дома. Я знаю его только за пределами дома. Именно поэтому я принял его приглашение, когда он сказал мне: «У меня очень большой дом, полупустой. Почему бы тебе не прийти ко мне? Ты так любишь сады. У меня прекрасный сад, и я могу предоставить в твое распоряжение половину дома!» Я сказал ему: «Но что я буду делать с половиной дома? Мне достаточно одной комнаты».

Он ответил: «Но ты можешь держать одну комнату для своих гостей!»

Потом я вошел в сад. И там я увидел совершенно другого человека. Я сказал ему: «Это просто отвратительное отношение. У тебя есть достаточно денег для того, чтобы купить новую машину и немного поднять зарплату бедным слугам, и у тебя есть достаточно денег для того, чтобы дать немного собственным детям на игрушки и сладости. Это не сделает тебя банкротом».

Я выставил ему ультиматум: «Если ты не переменишься, я не смогу жить в твоем доме. Только если ты переменишься, я смогу жить в твоем доме. Я не могу видеть, насколько ты отвратительно ведешь себя с собственными детьми. Они такие счастливые, бегают и наслаждаются. Но когда ты приходишь, они все становятся серьезными, они все начинают читать книги и делать домашние задания.

Я вижу, насколько твоя жена расслабленна, когда тебя нет дома. Она приносит мне разные вещи, кофе и чай. Или приносит сладости, если готовит. Она такая прекрасная женщина, но в то мгновение, когда ты входишь в дом, она становится точным отражением тебя.

Я не могу этого выдержать. Даю тебе три дня. Либо ты переменишься. Либо я сменю дом. Мне было так хорошо в собственном доме. Это ты затащил меня сюда, причем я не просто покину твой дом, но ты также потеряешь друга».

Он ответил: «Но три дня - это слишком короткий промежуток времени для того, чтобы изменить такую укоренившуюся привычку!»

Я спросил у него: «Но сколько дней тебе нужно?»

Он сказал: «Это трудно определить. Я буду стараться, как могу, но не пытайся так все заострить. Я признаю, что недобр по отношению к этим людям, но ты тоже не будь так жесток ко мне».

Я сказал: «Это хорошо, я останусь здесь. И не буду требовать рубить с плеча, но будет лучше, если ты поторопишься, иначе я даже не буду сообщать тебе об этом. В любую ночь я могу просто сбежать». Ему понадобилось шесть месяцев, чтобы расслабиться в собственном доме, и он был совершенно расслаблен снаружи также.

Ваша чувствительность сначала должна научиться быть чувствительной со вселенной, которая не нападает на вас. Вам не нужно бояться. Вы должны быть чувствительными с людьми позже. Это будет немного труднее. Вы можете столкнуться с той же ситуацией, как и мой друг. Но это стоит того. Только тогда, когда вы чувствительны со вселенной, с человеком, с животными, в конце концов вы можете стать чувствительными с собой. Это будет конечным пунктом.

Из-за того, что с самого начала вас осуждали, вас учили: «Ты бесполезный, ты не заслуживаешь даже того, чтобы жить. Ты должен завоевать положение, престиж», вы стали очень суровыми с собой. Это зовется дисциплиной. Она нужна для того, чтобы создавать человека со стальными спицами. Каждое общество пытается добиться этого, сделать так, чтобы дети, воспитанные в этом обществе, стали Сталиными. Это русское слово означает человека, который сделан из стали. Поэтому они пытаются подготовить вас для мира, в котором вы будете сталкиваться только с борьбой, с хитростью, с обманом, с лицемерием, с разными нехорошими людьми.

Поэтому вы стали очень суровыми внутри. Вам нужно отрешиться от внешних обстоятельств и направить себя внутрь. В конце концов вы сможете расслабиться внутри, и это станет встречей с существованием.

Ты спрашиваешь: «Как я могу сказать “да” тому, что есть во мне, и сказать “нет" тому, чего во мне нет?» Это не нужно. То, чего у вас нет внутри, просто исчезнет. Именно ты цепляешься за это. Это не твоя ложная личность цепляется за себя. Знать истинное - значит быть свободным от ложного. Нет вопроса о выборе. Это не означает, что ты должен выбирать: вот это - истинное, а это - ложное, что ты должен сказать “да” истинному и сказать “нет” ложному.

В самом начале, как только ты начнешь понимать, что это - ложное, ты уже сказал этому «нет». В самом понимании истинного и действительного ты уже говоришь этому «да», не проронив при этом ни слова. Простого понимания истинного и ложного достаточного, понимания того, что стало маской в тебе, а что твое изначальное лицо, - этого достаточно.

Медитируй глубоко, и все, что я сказал тебе, станет совершенно очевидным. Не начиная думать об этом, иначе ты будешь еще больше озадачен, у тебя возникнут еще большие сложности.