– Это важное дело, Лауро. Бетти так или иначе придется привыкать к традициям делового мира. Мне надо поговорить с тобой наедине, если только твоя супруга даст нам полчаса. В Лозанне всегда можно пройтись по магазинам. Здесь прелестные бутики, можно и для работы что-нибудь подсмотреть, правильно?

– Вы читаете мои мысли, – сказала Бетти и звякнула бокалом.

Лауро с важным видом надул губы, все обдумал и сказал:

– Я полагаю, что Мэгги права. Возвращайся через полчаса. Хорошо, Бетти?

– Да, – жизнерадостно кивнула она, – чудненько. Она продефилировала мимо столиков в вестибюле и

вышла в двойные стеклянные двери.

– Ты счастлив? – спросила Мэгги.

– Разумеется! – оскорбленно воскликнул Лауро. – Бетти – чудесная жена, красивая и умная. Знаешь, мы, итальянцы, любим, чтобы женщина была в теле.

– По-моему, итальянские девушки чуть перезрелые, – сказала Мэгги, – и полноваты, но это дело вкуса.

– Слышать ничего не жалею об итальянских девушках, – огрызнулся Лауро, – и тем более о моей жене.

– Ты совершенно прав, – торопливо согласилась Мэгги. – Я просто хотела сказать, что, наверное, они слишком рано проходят конфирмацию. В большинстве других стран конфирмация с четырнадцати лет. К тому же это просто обычай, ничего более, не думай, что я это из религиозного фанатизма. У меня к тебе очень серьезное дело… Не знаю, как и благодарить за то, что ты вырвался со свадебного путешествия.

– Это было замечательное и очень, очень дорогое путешествие, – буркнул Лауро. – Сегодня у нас была запланирована поездка в горы на осликах.

– Двадцать одна пара молодоженов, и все на осликах! – восхитилась Мэгги. Лауро посмотрел на нее волком. – Послушай, Лауро, у меня беда, – сказала наконец маркиза. – Честное слово. А еще в газетах пишут, что сейчас похищают очень много людей. В Италии это стало национальным спортом. Каждый день новый заголовок. И куда уходят эти миллионы за выкуп?

– Это же преступление, – объяснил Лауро. – Чаще всего это мафия, но вроде бы есть и независимые банды, даже некоторые политики замешаны. А где твой телохранитель? Куда подевалась эта горилла?

– Мне не по карману телохранитель. Я разорена. Лауро рассмеялся:

– Тогда почему ты боишься похищения?

– Вот когда все узнают, что Коко де Рено исчез с моими деньгами и документами на собственность, тогда мне будет нечего бояться.

– О чем ты говоришь? – не понял Лауро. – Сначала похищения, теперь де Рено. Испугалась и хочешь выставить себя бедной? Никто тебе не поверит. Веди себя осторожнее. Похищение – дрянная штука. Некоторые так и не возвращаются домой. Помнишь, младшему Гетти отрезали ухо? Они пару месяцев могут продержать человека в подземелье.

– Коко на самом деле исчез. Я пыталась его выследить, пустила за ним детективов и адвокатов. Они считают, что он где-то в Аргентине, но больше ничего не добились. Я даже не уверена, что это правда. Может, ищейкам просто надоело работать. Ведь и частным детективам, и юристам надо платить.

– А что полиция?

– Какая полиция? Де Рено – космополит. Если я подниму шум, то добьюсь только того, что в мои дела начнут совать нос налоговые службы. Я хочу его похитить, вот что. Я хочу вытрясти из него мои деньги. Хотя бы часть, хоть что-то! Я хочу похитить Коко де Рено.

– Ты знаешь, что это уголовное преступление?

– Знаю. Ну и что? Почему бы мне не стать преступницей? Не слышала, чтобы кто-нибудь об этом долго задумывался.

– Мэгги, твой муж…

– Мой муж ничего не узнает.

Лауро откинулся в кресле с восторженным лицом.

– Мэгги, ты необыкновенная женщина. Какова моя доля?

– Десять процентов.

– Двадцать, – возразил Лауро.

– Включая все расходы, – предложила Мэгги.

– Нет-нет, – затряс головой Лауро. – Бедняги исполнители очень сильно рискуют. Если их поймают, им грозит пожизненное заключение. К тому же необходимо найти исполнителя главной роли, взять заложника, отыскать хорошую берлогу, связаться с его семьей. Да, и еще кормить похищенного придется.

– Хорошо, тридцать процентов за все, – кивнула Мэгги.

– Кто у него из родственников?

– Жена-американка, выглядит отвратительно, живет здесь, в Лозанне. Я видела ее издалека, бедное забитое создание. По словам сыщиков, она клянется, будто не видела мужа уже пять месяцев. Они ей не верят, а я тем более.

– Думаешь, он ее навестит?

– Не знаю. Де Рено наверняка сделал пластическую операцию. Я-то знаю, он уже два раза так делал.

– Не приедет он сюда, – с сомнением произнес Лауро. – Если ты миллионер в Аргентине, на что тебе старая жена?