Шрифт:
– Организация «Триэн» – негосударственная структура. Она получила свое название от аббревиатуры «Никого Над Нами». «Застава» – одно из ее подразделений. Мы уже два года работаем как чистильщики российского социума, поставив целью избавить страну, да и всё человечество в целом, от внешнего контроля.
Уваров недоверчиво прищурился.
– Вы считаете, это возможно?
Гордеев пожал плечами.
– Хорошо, что вы не задали более логичный вопрос: не сбрендили ли мы? Я уверен в одном: пора освободиться от паразитирующих на нас ксенотов. Возможно, именно этот фактор мешает людям развиваться этически. Пока же и «змеи» и «ящеры» с успехом используют в своих целях тех, кто жаждет власти любой ценой, и поддерживают в психически неустойчивых личностях эту жажду.
– Неужели Михал Михалыч…
– Нет, Коренев не согласился работать на «ящеров», вместо него они запустили своего агента под личиной Коренева.
– Я не заметил.
– Тонкая работа, – согласился Гордеев.
– Значит, Михал Михалыч жив?
– Мы его вызволим. А вот Хаевич погиб. Сначала он согласился работать на «змей», потом решил поторговаться и…
– Гады!
– Полностью с вами согласен, – кивнул Гордеев. – Вот, глотните. – Он подал Уварову плоскую фляжку. – Травяной тоник. Не бойтесь, нам травить вас ни к чему.
Уваров сделал несколько глотков, освеживших рот. Голова прояснилась.
– Спасибо.
– Вы не ответили на вопрос. – Гордеев упрятал фляжку в карман.
– Я думал, вы работаете на ФСБ.
– Работаю, начальником службы внутренней безопасности. Хотя при этом служу России и на другом поприще.
– Я могу вам верить?
Гордеев выдержал взгляд Александра Александровича.
– Можете. Если нам удастся использовать ваши знания, мы победим.
– Я вижу не только прошлое, – вдруг признался Уваров.
В глазах Ивана Петровича отразилось сомнение.
– Как вас понимать?
– Я вижу будущее. Правда, весьма отдалённое.
Гордеев на какое-то время замолчал, пребывая в ступоре. Сказал наконец тихо:
– Хроник… видящий будущее…
– Хотите верьте, хотите нет.
– Это же невозможно… Извините. Бог ты мой! Неужели вы откажетесь работать с нами? Да ведь мы по-настоящему выйдем в космос! Вам это не интересно? Вся жизнь впереди!
– Разденься и жди, – бледно улыбнулся Уваров.
– Что?
– Я пошутил. Понимаете, мне уже пятьдесят…
– Это не возраст.
– В пятьдесят мало кого тянет на подвиги.
– Не ставьте себе диагноз.
Уваров мысленным усилием «улетел» в пространство без звёзд, озаряемое лишь всполохами распадавшихся атомов.
Будущее…
А ведь и вправду интересно посмотреть, что ждёт человечество впереди. Справится ли оно с «ящерами» и «змеями»? Да и с самим собой. Ну а если «змеи» устроят за ним охоту?
– Они не оставят вас в покое, – проницательно покачал головой Гордеев. – В одиночку с ними не справиться.
Уваров очнулся.
– Всё равно страшно… я могу умереть.
Гордеев засмеялся.
– Для того чтобы умереть, достаточно родиться.
– С другой стороны, риск – благородное дело. Если вы пообещаете мне…
Гордеев посерьёзнел.
– Мы найдём способ защитить вас и ваших близких. Собственно, мы их уже охраняем. Куда вас доставить? На работу, домой?
– К вам, – сказал Уваров, сомневаясь в своей трезвости. – Я хочу знать всё.
Гордеев посмотрел на водителя.
– Солома, к Дэну.
Водитель оглянулся на Уварова, подмигнул ему.
– Поработаем, Сан Саныч?
Уваров проглотил ком в горле, и перед его мысленным взором снова развернулась необозримая панорама большого Космоса.
Глава 3
Что было
1. Локус контроля
Проснулся он выспавшийся, свежий, энергичный, словно голову продул морозный ветерок с запахом нашатыря. Захотелось чего-то необычного, нестандартного, отличающегося от рутинного утреннего распорядка: кофе – бутерброд – работа.
«Выпей шампанского», – подсказал внутренний собеседник Ватшина.
«Шампанское по утрам пьют только аристократы и дегенераты», – напомнил он высказывание героя Папанова из фильма «Бриллиантовая рука».
«Тогда спляши», – съязвил оппонент.
«Люсю разбужу».
«Полетай в космосе, ты же у нас известный звёздный скиталец, как сказал Миша Велюр, двадцать романов на эту тему настрочил».
Ватшин показал сам себе кулак, поднялся, стараясь не разбудить спящую жену, накинул куртку, вышел на балкон, доставая из пачки сигарету.