После того как изрядно наголодавшийся, заросший щетиной молодой человек перебрался на борт «Ми-8», вертолёты полетели дальше, обнаружив вторую стоянку экспедиции в двадцати километрах от первой. Помогла рация, которая была у Дотова. Но сесть там не смог ни «Ми-8», ни хищно круживший над скалами «Аллигатор». Места в колодце между скалами оказалось недостаточно для обеих машин, риск зацепиться винтами за скалы был слишком велик.

Тогда Дотов велел искать площадку для приземления, и оба винтокрыла, сбросив группе палатки и НЗ, до позднего вечера барражировали над скалами, пока не сели на берега разных рек – Вилюя и речушки Олгуйдах в месте их слияния.

– Мы выйдем к вам завтра утром, – передал по рации Дотов. – Но у меня предписание продолжить работу.

– Я к вам присоединюсь, – ответил Зинченко. – Вместе закончим дело.

– Вертолёты наши?

– Соседей, но их придётся отпустить. Ничего, мы взяли всё необходимое, в случае чего вызовем поддержку.

Зинченко снова связался с Чеховской базой, но оттуда сообщили, что в районе посадки спутники не отметили никакого подозрительного шевеления. Дроны не вылетали, люди по скалам не бродили.

На том день и кончился.

Утром же началась суета.

«Ми-8» ещё раз облетел пирамидальную гору, возле которой уже третьи сутки мёрзла группа Дотова, и нашёл-таки ровную площадку, сравнительно недалеко – в полукилометре от колодца, на дне которого лежали остатки первой вертушки и прятались члены экспедиции.

Начали переезжать, страхуя друг друга.

Зинченко послушал рассказы членов экспедиции о найденных в пирамиде пустотах, хранивших какие-то объекты правильной геометрической формы, и связался с базой. Потом пожал руки пилотам обоих вертолётов, заинтересовавшихся найденными артефактами.

– Якуты обходят эти места стороной, – сказал один, скуластый и косоглазый, сам похожий на якута. – Такие сказки рассказывают – хоть кино снимай.

– Это не сказки, – возразил Дотов. – Здесь на территории в десять тысяч квадратных километров хранятся следы древней цивилизации.

– Железные котлы, что ли? – вмешался второй пилот «Аллигатора». – Ну, видел я один, из реки торчит, ничего особенного, похож на большой чугунок.

– А вы залезьте в Интернет и почитайте про эти котлы, – посоветовал Дотов. – Много интересного отыщете. Кстати, где именно вы видели котёл?

– Год назад мы сопровождали вертушку с генералами, летели как раз над Вилюем, но та речушка лежит километров на полста севернее, я даже названия её не знаю.

– Покажете на карте?

– Не уверен, вряд ли вспомню. Но видел точно.

Дотов достал планшетник, вывел карту Мирнинского улуса на экран.

– Вот Вилюй, Вот Олгуйдах…

– Я же говорю – севернее. – Пилот с минуту разглядывал карту, ткнул пальцем. – По-моему, вот здесь, видите голубую жилочку?

– Благодарю.

– Возвращайтесь, – сказал Зинченко. – Дальше мы сами.

«Ми-8» первым поднялся в небо. За ним взлетел «Ка-52», свистя соосными винтами. Вертолёты скрылись за частоколом скал, стало тихо.

– Ну, что, разбиваем лагерь здесь? – посмотрел майор на озабоченного Дотова. – Или поближе к горе?

Ответить Дотов не успел.

– Леонид Олегович! – вдруг предостерегающе поднял руку Валентин.

Все обернулись к нему.

Стал слышен тонкий комариный звон.

– Наши возвращаются?

– Не похоже.

– Дрон! – оскалился Валентин.

– Чего? – удивился один из подчинённых Зинченко.

Майор среагировал первым:

– Дронобой в небо! Быстро! Остальные – разбежались по щелям!

Спутники Зинченко, кроме сержанта Кошкина и лейтенанта Шапошникова, бросились врассыпную. За ними последовали подчинённые Дотова, попрятались за скалами и грудами камней по периметру площадки, где недавно стоял «Ми-8».

Зинченко взялся за рукояти «Рубаки», взгромоздил раструб аппарата себе на плечо, нацепил очки-прицел.

В небе над скалами показалась серая закорючка, стала увеличиваться в размерах: беспилотник безошибочно заходил на место будущего лагеря, где лежали горы тюков, коробок и пластиковых мешков, выгруженные из вертолётов.

– Иди поближе, сучара, – процедил сквозь зубы Зинченко, поймав визиром прицельного устройства крестик беспилотника. – Сейчас я тебя угощу!

Палец лёг на спусковой крючок, в ухе мяукнуло, крестик в окуляре прицела накрыло красное колечко.

Одновременно с этим от беспилотника отделилась огненная стрелочка и понеслась к груде снаряжения.