Шрифт:
– Практически никаких, мы не ожидали оказаться тут. И, вообще, не знаем, как так получилось. У Мишки есть украинский паспорт. У нас - нет, мы - граждане России.
– Что Вы этим хотите сказать? Вы - не граждане СССР?
– Нет, я был им до 1991 года, а Лешка - он молодой, и гражданином СССР не был.
– Мы проиграли эту войну?
– Ты, что, дурак, что-ли? Русским языком тебе сказали, до 91 года СССР был. Потом его не стало, распался на 15 государств, по числу республик. Или чуть больше, если считать непризнанные.
– Да я тебя!
– Сядь! Миш, покажи ему паспорт!
Михаил левой рукой, не убирая правую с рукоятки АКСУ, достал паспорт и протянул его старлею. Тот посмотрел на трезубец, глянул на все странички, и вдруг выгнал всех своих из кабинета. Демонстративно вложил наган в кобуру, ребята положили автоматы на колени, и продолжили отвечать на вопросы Григория Васильевича и Льва Ефимовича. Контрреволюционную пропаганду никто не вел. Шли вопросы о том, как провести ТО ходовой части танка. На столе директора зазвонил телефон, и Кон снял трубку.
– Здравствуйте, Вячеслав Александрович! Да, я просил Вас позвонить. Тут нам танк пригнали... Нет, не немецкий, наш, советский, т-84бм называется. Что-что? Где сделан?
– На Харьковском танковом имени Малышева. В 2010 году.
– Говорят, что на Харьковском танковом имени Малышева. В 2010 году. Как? Не знаю 'как'! И они сами не знают, но танк стоит в 5-м цехе. Требуется провести техническое обслуживание ходовой части...
Он надолго замолчал, потом коротко отвечал на вопросы:
– Дизель, 1200 сил, 51 тонна. 7 вперед, и четыре назад, автомат. 125 мм с автоматом заряжания. Нет, раздельное. Спаренный пулемет 7,62 и зенитный 12,7. До 750 мм лоб и до 800 башня. 70 км/час. Хорошо, вышлю машину. До свидания, товарищ нарком.
– Он вылетает сюда, прибудет на Комендантский, просил прислать машину. Так, товарищи, вы обедали?
– Мы еще не завтракали!
– А мне разрешите задать вопрос?
– спросил старший лейтенант ГБ.
– Слушаем.
– А что это за оружие?
– Автомат Калашникова, складной, укороченный. Калибр 5.45 мм.
– А коробочка на плече?
– УКВ радиостанция, приемо-передающая, с шифрованным сигналом.
Почти сразу после обеда старлей появился вновь, и уже с 'большим начальством': вместе с ним был невысокий курчавый человек, внешне напоминающий Кирова, с двумя ромбами на петлицах. Он представился и не пытался никого арестовывать.
– Начальник УНКГБ по Ленинграду и Ленинградской области старший майор госбезопасности Куприн.
Сергей позвал Ларису.
– Оперуполномоченный ОНКГБ Пограничного района сержант госбезопасности Фомичева.
– А Вы?
– спросил чекист.
– Командир танка и командир 2-й танковой роты Вооруженных Сил Новороссии 'Второй'. Зовут Сергеем.
– А фамилия?
– Она вам ничего не даст. Танкист. Сергей Танкист.
– Взглянуть можно?
– вежливо попросил начальник, показывая рукой на 5-й цех.
– Конечно, для этого его и пригнали, товарищ старший майор.
Дверь в пятый цех уже охраняли, часовой вытянулся и ел глазами начальство. Они прошли к танку. Майор уверенно вскарабкался на него. Через люк заглянул в башню, увидев там кучу приборов спускаться не стал, тем более что все было выключено, зато посидел за штурвалом механика.
– Так Вы не знаете, как сюда попали?
– Сюда на танке и на поезде, товарищ старший майор, а вот как попал под Белосток - не знаю. Накрыло 'Градом', с кумулятивными кассетниками. Все, что знаю.
– А что такое 'Град'.
– Реактивная установка залповой стрельбы. В этой войне она будет называться 'Катюшей'.
– Мне доложили, о том, что Вы сказали по поводу СССР.
– Это - правда. Его уже 23 года как нет. Но, многие об этом жалеют. Хорошая была страна. Я в ней родился.
– Чем думаете заниматься?
– Я - танкист. Заканчивал Ульяновское танковое.
– После встречи с Наркомом Малышевым мне бы хотелось поговорить с Вами об этой войне и по целому ряду других вопросов.
– Хорошо. Вот только времени у нас мало, товарищ старший майор. 8-го сентября немцы замкнули кольцо блокады вокруг нашего города. Требуется этого не допустить. А ходовая разбита, и снарядов с гулькин нос. Вот так вот.