Пока она искала кофту в своем гардеробе среди множества других, пытаясь найти то, что подошло бы к ее розовому топику на бретельках, я подошел к ней сзади и обнял ее, уткнувшись подбородком ей в плечо.

— У тебя сохранилась толстовка с Мики Маусом?

Лиза с испугом посмотрела на меня.

— Темно-серая?

— М-хм.

— Я не надевала ее больше года.

— Знаю, — протянул я, давая ей понять, как этот факт беспокоил меня последний год в школе. Она замечательно смотрелась в этой толстовке, и сейчас мне хотелось, чтобы она остановила свой выбор между ней или зеленым бикини.

Выудив футболку из-под груды одежды, она проворчала:

— Не могу поверить, что ты до сих пор помнишь о ней.

Она не имела ни малейшего понятия, что я еще хранил в своей памяти, связанное с ней, последние годы. Когда она надела уютный облегающий свитер и повернулась в моих руках, я чуть было не попросил ее собрать волосы в хвостики, которые она делала, когда надевала эту одежду. Но решил оставить это на тот день, когда мне не придется делить ее с кем-то еще.

Через пятнадцать минут, мы вылезли из машины перед кинотеатром. Когда Лиза направилась к Фредериксону и Алексу — парень, наконец, добился девчонки, которую хотел — я присоединился к Энди и Саше у кассы и заплатил за два билета.

Подойдя к остальным, я увидел что Лиза стоит слишком близко к Тони, который, должно быть, пришел всего минуту назад и, увидев их, у меня сжалось все внутри. Лиза рассказала мне, что перед тем, как отправить мне сообщение в пятницу ночью, он поцеловал ее, но она ничего не почувствовала. Я верил ей, но, тем не менее, что-то не давало мне покоя.

Двумя пальцами я подцепил пояс ее джинсов и потянул, чтобы она отошла на шаг назад, тем самым помечая территорию. Лиза посмотрела на меня и потянулась к моей руке, сжав ее с доверием и уверенностью. Чем вызвала мою улыбку.

Затем я повернулся к Тони.

— Эй, Митчелл. Мы же крутые?

Я протянул к нему кулак.

Он стукнул по нему без промедления.

— Конечно.

Это было тем самым мгновением, когда все встало на свои места. У меня снова был друг и самая прекрасная девушка, единственная кого я любил, стояла рядом со мной, сплетя свои пальцы с моими.

Когда настало время занять места и все направились внутрь, я на мгновение задержал Лизу.

— Что случилось? — Спросила она, подняв голову.

— Что Митчелл сказал тебе? — Мне просто нужно было знать, чтобы выбросить это из головы и полностью расслабиться со своей девушкой.

— Он спросил, счастлива ли я.

Я склонился и коснулся лбом ее лба, мне необходимо было выяснить только одно:

— А ты счастлива?

Лиза встала на носочки и оставила сладкий поцелуй на моей щеке.

— Абсолютно.

— Оу, ну пожалуйста, мы не можем вернуться ко мне домой и провести там остаток вечера?

Я засмеялся, при виде умоляющего лица Лизы, и, хотя этот вариант был чертовски хорош, я потащил ее к передней двери моего дома. Стоя в коридоре, я думал о том, кто первым встретит мою девушку. Рейчел или мама?

Оказалось, что они вышли из столовой вместе, пытаясь сдержать сияющее выражение лица серьезным. Я помог Лизе снять мою кожаную куртку, которую она потребовала в качестве платы за эту встречу, и повесил ее на вешалку, в то время как Изабель Хантер представилась:

— Пожалуйста, зови меня Джесси, дорогая, — попросила мама, когда Лиза пожала ей руку и сказала, что у Миссис Хантер красивый дом. Мама никогда не любила, когда ее называли по фамилии. Насколько я знаю, даже в бухгалтерских счетах написано только ее имя. День в школе, с моими друзьям убил бы ее.

Я шагнул в сторону Лизы и взял ее за руку, к абсолютной радости моей старшей сестры.

— Лиза, ты уже встречала мою маму и сестру. Мама — это Лиза Мэтьюз. — Я сделал глубокий вдох. — Моя девушка.

Моя мама улыбнулась сияющей улыбкой, притягивая Лизу в свои уютные объятии. Рэйчел сохраняла серьезное выражение лица, но я увидел, как ее рука изобразила победный кулак в воздухе. Мы улыбнулись друг другу, и женщины Хантер повели меня и Лизу в столовую, где папа только что закончил накрывать на стол.

Лиза махнула Филу у окна, потом они с моим папой пожали друг другу руки. Мы провели отличный ужин с моими близкими, и даже при том, что Лизе было немного неловко, чем обычно, она, очевидно, наслаждалась временем с моей семьей. Вскоре выяснилось, что она и папа уже встречались. Очень давно.

— Мне, должно быть, было четыре года, — сказала мне Лиза, — когда твой папа сказал мне, что я не могу поселить рыбу в своей ванне. Да, кто-то должен был сказать мне, прежде чем я начну играть в «Освободите Вилли» и захочу дать им новый дом.