Я цеплялась за надежду, что за следующим поворотом покажется что-то, что мне поможет. Мне пришлось замедлить шаг, потому что пребывающий ручей размыл крутой берег. Дорожка здесь была всего несколько сантиметров шириной. Я набрала воздуха, и цепляясь за скользкие ветки куста, покарабкалась, как краб, за угол.

Вон одна из руин моста. Слава небесам. Это было моё спасение. Я бросилась к ней и прислонилась спиной под обветшалыми остатками арки моста к холодным камням.

Наконец-то навес. Хотя чертовки плохой, как я поняла в следующий момент. Вода протекала отовсюду, капала со всех сторон, бежала вниз маленькими ручейками на стыках и просачивалась между корней на дороге. И вообще это больше не было дорогой. Это были отдельные камни, между которыми текло безмерное количество втекающих друг в друга потоков, которые становились всё шире.

Я не могла здесь остаться. Нужно забраться на руину, не то буду скоро стоять по колено в воде. И, если меня не обманывает память, риск, что в воде в меня попадёт молния, больше, чем если я прижмусь к скале или камню.

Так, назад под дождь. Ветер завывал неистово, и мои волосы постоянно прилипали к лицу, так что я почти ничего не видела. Моя заколка уже давно потерялась - номер пять в списке, отметила я хладнокровно и прокляла себя одновременно за это.

Буду продолжать в том же духе, сама стану номером шесть. Между тем стало так холодно, что я потеряла контроль над пальцами. Мне понадобилось несколько попыток, пока я смогла зацепиться за выступ, с которого хотела потихоньку вскарабкаться на руину. Я сжала зубы.

Один, два, три. И наверх! Моя нога соскользнула, и я увидела краем глаза, что моя сандалия уплыла в водяной воронке. Всё равно. Босиком карабкаться всё равно лучше.

Сила в дрожащих руках быстро ослабевала. Всё-таки я достигла одного разрушенного места, где я помещалась, прислонившись к нему животом. Правой рукой я держалась за старую, изогнутую рельсу. Досюда вода не дойдёт - а если и да, то было всё равно уже поздно, и вся деревня утонет.

"Это только дождь", - повторяла я себе снова и снова. Дождь, молния и гром. Я безучастно наблюдала, как внезапно голубое сияние засветилось вокруг моих голых рук. С мягким свистом все волоски встали дыбом, и через мои мускулы прошёл глубокий гул. Он промчался через мои ноги наверх, заполнил руки и ударил в голову.

Все зубы заболели, и огромная сверлящая сила давила изнутри на мои глазные яблоки. Вокруг меня бурлило и шумело, один гром следовал за другим, так быстро друг за другом, что у меня не было времени ни посчитать секунды, ни помолиться. Дождь с разлившимся ручьём и тысячью потоков слились в мощный рёв, а вокруг меня ломались ветки с почти животным визгом.

Всё-таки я расслышала слово громко и отчётливо, умоляющее и предостерегающее предупреждение:

— Отпусти!

Я смотрела на светящуюся голубым руку, которая вцепилась в рельсу. Отпустить? Отпустить сейчас? Но нельзя, я не могла этого сделать!

Гул усиливался. Всё моё тело трясло. Если я отпущу, то упаду в бушующий поток - и, вообще, откуда я слышала шёпот? Была ли это моя интуиция, которая предупреждала меня? И когда-нибудь она мне в чём-то помогла? Мой разум сказал нет. Но всё-таки я отпустила.

Я расцепила руку, и всего через долю секунды меня ослепил яркий свет. Мои волосы поднялись вверх. Рельса передо мной, за которую я только что держалась, метала горячие искры, падающие на моё лицо. Удар грома был таким громким, что я на один момент потеряла сознание, прежде чем начала сползать, и отчаянно искать, за что ухватиться руками.

Я нашла в полуметре ниже два маленьких выступа для моих ног, как раз для того, чтобы опереться перед самой булькающей водой. Мои руки я вытянула, как Иисус на кресте, а пальцы вгрызались в трещины камня. Плача, я смотрела на ручей, прижимаясь щекой к мокрой стене.

— Пожалуйста, пусть это прекратится. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста,- причитала я, как маленький ребёнок.

Скоро у меня уже не останется сил, и тогда всё кончиться, тогда следующая молния попадёт в меня или я утону, потому что я не могла себе представить, как смогу плыть в этом адском наводнении. И всё-таки я тревожно смотрела вниз, в надежде что-нибудь увидеть, что мне поможет сбежать. Я прищурилась. Блестящий лёд вырос вокруг вырванных веток и сучков, которые плыли уже в более спокойном дождевом потоке.

Моё дыхание замерзало в светло-серую туманную завесу. Всё равно во мне пылала огненная теплота, которая посылала приятную дрожь к затылку. Наверное, я уже умерла, только ещё не знала об этом.

Это было логично, потому что тогда этот образ, это существо с множеством рук, которое приближалось, как тёмный силуэт из поднимающегося тумана, сам дьявол, вот-вот меня заберёт. Я зажмурилась и снова открыла глаза.

О. У дьявола была лошадь. И он скакал через русло ручья. Образ из болота был расплывчатый и далекий. Обманчивое изображение. И оно почти не двигалось.

Эта лошадь скакала чрезвычайно реально и с адской скоростью, приближаясь к руинам моста. Её всадник сидел, пригнувшись к спине чёрного, как смола животного, шкура которого при каждом прыжке принимала новые чудотворные оттенки - голубой, красный, серебряный. Мне он казался не только неестественно большим, но так же чрезмерно мускулистым.

Лошадь гордо держала благородную голову на широком лоснящемся торсе, а копыта должны быть были размером, по меньшей мере, с тарелку. И всё-таки двигалась она элегантно и проворно через бурю.