— Старше в моральном плане? — заинтересовался я.

— Увы, не только. Мне сейчас шестьдесят лет. Если не ошибаюсь, средняя продолжительность человеческой жизни у нас сейчас составляет порядка ста пятидесяти лет. Вам не кажется странным, что последние двадцать лет я выгляжу на все сто, при этом не меняясь? — насмешливо покосился на меня Ла’Трой.

— Всякое случается, — дипломатично ответил я. Интересно, чего он пытается добиться? Может быть, и вправду скучно, и он развлекается подобными… играми разума. А, может быть, всё несколько сложнее. Во всяком случае, пока я совершенно не понимаю, куда он клонит, лучше не делать никаких выводов.

— О, да! Вы даже сами не подозреваете, насколько в точку сейчас попали, — рассмеялся Лафер. — Примерно как за десять миль из лука с завязанными глазами попасть в подброшенное семечко цага, — проговорил он едва слышно, скорее для себя. — Впрочем, всё одно вы ничего не узнаете, даже если начнёте основательно копать. Но я отвлёкся от основной темы разговора. Так вот, Блэйк, мне чудовищно скучно. Я перепробовал разные способы развлечения, и, пожалуй, все они мне приелись. Неожиданно я пришёл к выводу, что единственное, что всё ещё способно меня озадачить, заинтересовать или развлечь — это неординарные разумные существа. Среди людей таких больше, чем среди представителей других рас. Причём неординарные именно относительно собственной среды и собственного народа. Вы как раз из таких, граф Даз’Тир.

— Препарировать будете? — хмыкнул я.

— Фу, как грубо, — усмехнулся главный убийца. — Это уже давно неинтересно. Я понял, что самые интересные события происходят сами по себе, благодаря случайному стечению обстоятельств, и никакая воля, пусть даже воля сумасшедшего или гения, не способна перещеголять оригинальностью Великий Случай. Так что максимум, что я себе позволяю, это совсем лёгкие воздействия на интересующий меня объект. Например, на вас. Я предложил вам знакомство с крайне необычной, вы ещё убедитесь в этом, леди — и вы согласились, заметьте, без всякого давления. Я понятия не имею, что получится из вашего знакомства. Возможно, не получится ровным счётом ничего, но именно это и интригует.

— Знаете, Лафер, я начинаю верить, что вам куда больше лет, чем записано в досье. Или, по крайней мере, в вас пропадает гениальный актёр, — я улыбнулся.

— Да, наверное, я гениален, — беспечно пожал плечами Э-Шэ. — А хотите узнать, почему я вот уже двадцать лет занимаю столь почётный пост, и до сих пор жив?

— С радостью послушаю, если это не будет стоить мне жизни, — засмеялся я. Убийце мой ответ, судя по всему, крайне понравился.

— Да, Блэйк, я всё больше убеждаюсь, что не ошибся в вас, — кивнул он. — Сколько времени?

— Времени? — я глянул на часы и перевёл удивлённый взгляд на сидящего напротив Лафера. — Четверть восьмого, а что?

— Вот ваши часы, — улыбнулся он, держа за ремень… мои часы. На руке их уже не было. — Как вам фокус?

— Потрясающе, — совершенно искренне прокомментировал я, принимая часы и возвращая их на законное место. — Вы ведь не маг, я правильно понимаю?

— Не маг, — согласился он. — Однако вы ничего не успели заметить, так ведь? Не мучьтесь догадками, от этого никакого толку. Кстати, мы уже подъезжаем. Одно из неоспоримых достоинств Аико — его можно проехать насквозь за два часа при условии сонных лошадей и полуживого кучера. Гораздо лучше столицы…

Карета действительно остановилась, и в следующее мгновение распахнулась дверь.

— Гости уже начали приезжать, господин, — сообщил согнувшийся в поклоне слуга в лиловой ливрее.

— Замечательно, — кивнул Лафер. Мы оказались в очень просторном внутреннем дворе, почти целиком крытом. В нашем городе, где площадей не слишком-то и на дома хватает, с местами для карет, если бы не магия, была бы натуральная катастрофа. Но при строительстве всех домов использовались сложные структуры пространства — свёрнутое и заёмное. Первый вариант, насколько я помню, приводит к растяжению замкнутого помещения в два, три или четыре с половиной раза, зависимо от ситуации и силы сворачивающего мага. А второй вариант — это куски пространства, заимствованные… откуда-нибудь. Чаще всего, откуда-нибудь издалека, из воздуха, с большой высоты. При этом кусок пространства как бы «вырезается» из своего места, а края «дырки» «сшиваются» между собой. Забавная, довольно сложная и специфическая магия, далеко не у всех получается.

Мы поднялись по гранитной лестнице, расположенной тут же, и вошли в просторный холл. Миновав его, через какие-то двери и арочный проход попали в достаточно небольшое помещение в форме «обгрызенного» с одной стороны круга. На отсечённой стороне располагалась небольшая сцена, всё остальное место занимали хаотично разбросанные столики. Напротив сцены имелась барная стойка. В оформлении доминировали чёрный, бордовый, красный цвета и тёмное дерево, и декоратор был явно не лишён вкуса и чувства стиля. Всё в зале так и дышало роскошью, негой и пороком. Не сказал бы, что я поклонник подобного интерьера, но иногда, под настроение и в порядке выброса тех эмоций, которые принято называть «тёмной стороной натуры», это необходимо. Иногда им следует давать волю, чтобы потом всё это не взорвалось в самый неподходящий момент.

В глубине сцены несколько музыкантов создавали ненавязчивый фон. В зале уже присутствовало человек пятнадцать; некоторые вальяжно беседовали, сидя за столиками, кто-то находился возле барной стойки. Пара эффектных дам, элегантных, но при этом замечательно вписывающихся в интерьер, стояли недалеко от сцены и курили сигареты в мундштуках.

— Приветствую вас, дамы и господа, — коротко поздоровался Лафер. В зале тут же наметилось оживление. Кто-то отсалютовал или поклонился издалека, некоторые двинулись с явным намереньем засвидетельствовать своё почтение на коротком расстоянии. — Тэми, Ови, — он поманил рукой, привлекая внимание курящих женщин. — Дамы, разрешите представить, Блэйк. Очень надеюсь, что, пока я буду исполнять свои обязанности хозяина и здороваться со всеми остальными, вы не дадите ему заскучать. Блэйк, ты мой гость, чувствуй себя как дома, — убийца развёл руками.