– Далеко?

– За ущельем.

– Значит? – вопросительно смотрит на Фарида Файзулла.

– Пока все. Кажется, мы наследили, и теперь нужно сделать все, чтобы эта волчья стая нас не разорвала, – вздохнул Фарид.

– Это что ж, получается, поторопились влезть в эту мясорубку, так и не выполнив основного задания, которое должны были сделать. То есть мы в клещах?

– Это нам и нужно.

– Не понял? Как это? – заглянул в глаза Фарида Федор.

– Значит, мы… – Фарид замолчал и, предлагая Файзулле продолжить свою мысль, вопросительно посмотрел ему в глаза.

– Люди Ахмад Шаха?

– Верно говоришь, – услышал Файзулла в голосе Фарида нотки поддержки. – И, что не менее важно, сегодня ты будешь это доказывать. Текст, который учил, помнишь?

– Это в кабинете особого отд…?

И пальцы Фарида тут же прикрыли ему рот.

– Ты еще в рупор это скажи, чтобы все горы тебя слышали! – рыкнул Фарид.

Для Файзуллы встреча с журналистами радиостанции «Радио свободного Кабула» была нелегким экзаменом, который он должен сдать на «отлично». По легенде, он – Файзулла Блэк, который служил в Советской Армии и стал ее дезертиром. И все это произошло не потому, что он попал раненным в плен к душманам и просил у них пощады. Нет. Он сам, старший лейтенант Сергей Иванов, в панджшерском бою взяв в плен несколько душманов, попросил их отвести его к Ахмад Шаху Масуду. Он хочет быть в его рядах как воин, который будет вместе с моджахедами сражаться за свободу Афганистана. Он против коммунистов.

Ахмад Шах, слава Аллаху, ему поверил, не убил Сергея Иванова, а наоборот, предложил ему уйти с караваном в Пакистан и выбрать страну, в которой хотел бы жить. Иванову в этом добрые люди обязательно помогут, у них есть договоренность об этом с Ахмад Шахом Масудом.

Но Сергей Иванов попросил у Масуда разрешения остаться в Афганистане. Он принял ислам и получил имя одного погибшего в бою моджахеда – Файзуллы, а фамилию сам себе подобрал. Черный – значит смерть… И он не один такой. Теперь его окружают бывшие солдаты Советской Армии, такие, как Фарид из Узбекистана, как Смит, то есть Сергей из Москвы, Усса, то есть Рустам из Карелии, Айван из Литвы, Матас из Эстонии, Грин, то есть Гриша из Гродно…

Файзулла остановился. Бывает же, задумался и потерял из виду Уссу с Фаридом, идущих впереди него.

– Кэп, – донес до его ушей ветерок громкий шепот Уссы.

Он был ниже, стоял вместе с Фаридом у ручья.

– Скоро будет темно, Файзулла, торопиться нужно, – растягивая слова, сказал Фарид.

– Та, та, кэпа, – подтвердил слова Фарида улыбающийся Усса, то есть, м-м-м, Рустам.

– Хорошо, Рустам, – напомнил Уссе, как его сейчас будет звать при корреспонденте Файзулла.

Перепрыгнув через бурный поток журчащего ручейка, бегущего между каменных глыб, Федор нагнулся и, наполнив водой ладони, умылся и напился. И только после этого догнал медленно удаляющихся от него Уссу с Фаридом.

А вообще-то ему один раз уже приходилось встречаться с журналистом. Только не радио и телевидения, а с лейтенантом из их дивизионной газеты «Гвардейская доблесть» и не для того, чтобы дать интервью. Нет, парень писал репортажи с боевых действий. А к Федору его направил командир батальона, как к одному из лучших командиров взвода. И нужно отдать должное корреспонденту, парень был, как говорится, тертым калачом. Не уставал в длинных переходах, умно действовал в бою и ничего не боялся. Это Федор отметил в нем сразу, когда нужно было под обстрелом перейти речку Кабул. Он первым ринулся на открытый участок, перебегая от камня к камню, прятался, вызывая огонь душманов на себя, тем самым давая возможность другим солдатам сделать короткие перебежки к укрытию. И продолжал передвигаться только после того, как его солдаты открывали огонь по душманским огневым точкам, отвлекая их внимание на себя.

Душманов это заводило. Они начинали подниматься, выискивая прячущихся шурави, что давало двум снайперам, находившимся в группе Федора, возможность вести по ним прицельный огонь. Фамилию этого корреспондента он хорошо запомнил – Зайцевский. А вот имя нет. И он был во многом благодарен этому офицеру, и в первую очередь за то, что тот сумел без потерь атаковать душманов у подошвы горы и занять там оборону. А через два дня он же вывел отделение сержанта Путеева из-под обстрела душманов, дав группе Федора зайти к ним в тыл…

Да, подумать только, военная интеллигенция, а как умеет воевать. Когда с ним прощался, Федор спросил, а почему он пошел учиться на военного журналиста, а не в командирское училище, на что тот, улыбнувшись, ответил: «У меня проблема с точными науками. Запомнил в школе только теорему Пифагора, и все».

Вот так бывает.

Усса остановился у пещеры. Вернее, около сосны, ползущей своими ветками по выступу камня. За ним подняли руки и Фарид с Файзуллой. Если бы они этого вовремя не сделали, то стволы винтовок, торчащие из веток дерева, выстрелили бы в них.

– Файзулла, – подняв выше руку, сказал Фарид. – Файзулла Блэк.

Из-за дерева вышел душман. Большая бородавка, торчащая на кончике его носа, испугала Файзуллу, и он от неожиданности сделал несколько шагов назад. А тот, увидев это, разулыбался и покачал головой.

За ним вышел второй моджахед, помоложе первого. Он сначала всмотрелся в Уссу, потом в Фарида и, что-то сказав, пошел к Фариду навстречу, протягивая ему руки для рукопожатия:

– О, бача! Блэк!

На что Фарид, улыбнувшись, указал головой на Файзуллу, мол, это он, а не я.