— А куда ушел Орайя? — спросил Бронан, обнимая Эрику и притягивая ее к себе. — И где Айя, в конце концов?

Айя вошла в холл здания Совета праведников и кивнула охранникам, сидящим у входа. Поднявшись на последний этаж, она вышла из лифта и остановилась напротив стола секретаря.

— Сообщите Пастырю, что его желает видеть Творец.

Секретарь, не скрывая своего удивления, покосилась на дверь в кабинет матери Айи.

— Так и доложить? — переспросила девушка, поднимаясь из-за стола.

— Да. Так и доложите, — ответила Айя и отошла к окну.

Секретарь постучала и вошла в кабинет, оставив дверь приоткрытой.

— Извините, госпожа. Вас желает видеть Творец.

— Кто?

Айя улыбнулась, услышав нотки удивления в голосе матери.

— Творец. Айя.

— Айя? Конечно. Пусть войдет.

Айя обернулась и, поблагодарив секретаря, вошла в кабинет, закрыв дверь за собой.

— Айя? Почему ты в таком виде?

Айя внимательно себя осмотрела и улыбнулась матери:

— Тебя больше настораживает отсутствие на мне атрибутов принадлежности к Тарто или то, что я посмела явиться на порог твоего кабинета в спортивных штанах и майке?

Мать насупилась и озадаченно покачала головой.

— Мне не нравится твой тон, Айя, — произнесла мама, продолжая сидеть в своем белом кожаном кресле посреди своего белого просторного кабинета. — Для начала, успокойся и присядь. Если хочешь, Ати заварит тебе чай.

— Спасибо, но я пришла сюда не чай пить. У Творца есть вопросы к Пастырю. И я надеюсь, что Пастырь сможет ответить на них.

— Не знаю, как Пастырь, а твоя мать сможет.

Айя подошла к окну и повернулась к матери.

— Почему в городе так много праведников?

Мама рассмеялась этому вопросу и даже поднялась с кресла, протягивая руку Айе и вновь предлагая ей присесть. Айя заметила, как изменилось в этот момент выражение ее лица: первоначальное недовольство резко уступило место напускной заботливости и доброте. Не знай Айя свою мать так хорошо, поверила бы этому теплому взгляду и согревающей сердце улыбке.

— Почему в городе так много праведников? — повторила свой вопрос Айя, в упор глядя на мать.

Конечно же, улыбка тут же покинуло лицо мамы и знакомые холодность и отстраненность вновь престали перед Айей.

— Я приказала им вернуться, — произнесла мама. — Вскоре Орайя и остальные покинут город. Это ослабит позиции праведников среди ami, поэтому сейчас мы должны объединить усилия.

— Объединить усилия? Для чего?

— Тарто большой город. И он нуждается в защите.

— От кого ты собралась его защищать, мама? От ami? А с каких пор Тарто представляет опасность для ami? И вообще, с каких пор ты противопоставляешь праведников и коренных?

— Времена сложные, Айя. Рождение новых детей мы не в состоянии контролировать. Естественно, ami не довольны тем, что происходит. Когда слухи о том, что их Спаситель покинул I-ho разойдутся по поселениям, Великие Семьи могут нарушить мирный договор и что-нибудь учинить.

Айя отвернулась от матери и вновь посмотрела в окно, упираясь лбом в стекло.

— Айя, что с тобой? — обеспокоенно произнесла мать и приблизилась к ней, кладя руки ей на плечи.

— Зачем ты посягнула на первоисточник, мама? — прошептала Айя, убирая руки матери со своих плеч. — О чем думала, восстанавливая за нашими спинами Ерон?

— Знаешь, значит…

— Значит, правда.

— Я не знаю, о какой правде ты говоришь.

— А я не знаю, какую правду ты хочешь мне рассказать, — ответила Айя, закрывая глаза.

— Посмотри на этот город, Айя, — очень тихо произнесла мать. — Посмотри на него.

Айя распахнула веки, обводя взглядом бескрайние просторы огромного мегаполиса, возведенного в далеком прошлом.

— Тарто — последний оплот для тех, кто навсегда потерял свой дом, — продолжила говорить мать. — И этот город построил твой отец. Тарто существует до сих пор, потому что нам удалось сохранить его. Но, Тарто не наш дом. И каждый из тех, кто попал сюда из Внешнего Мира, помнит об этом. Об этом помнят и ami. Уже сейчас у нас возникают проблемы с пищей и водой. Прокормить всех Тарто не сможет. Город один, а таких, как мы, становится все больше. Не за горами тот день, когда кому-то придется уйти на новое место. Так, почему этим местом не мог стать Ерон? Среди остальных разрушенных городов именно Ерон расположен ближе всех к Тарто. Идея была довольно смелой, но это не смутило ни меня, ни Советников. Я знала, что просить помощи у тебя в этом предприятии бесполезно. Когда речь заходила о Ероне, и ты, и Орайя всегда меняли тему разговора, чтобы просто не вспоминать о том, что этот город когда-то существовал. Поэтому, я и Советники приняли решение восстанавливать Ерон своими силами.

— И ты полагала, что сможешь хранить эту тайну вечность?

— Мне не нужна была вечность, Айя. Лишь несколько месяцев. Слухи о том, что в Ероне что-то происходит, стали расползаться по поселениям. Когда они дошли до представителей Великих Семей, у нас начались проблемы. Во время моего очередного визита в поселения, мне не двусмысленно дали понять, что кроме Тарто ami не желают видеть на своих землях других городов праведников. Я начала приводить им разумные доводы, но они не желали меня слушать. Стало понятно одно: когда детей Амира на землях Сатриона станет слишком много, мирное существование праведников и ami будет под большим вопросом. Единственный способ остановить массовое рождение новых детей заключался в прекращении войны во Внешнем Мире. Конечно, в сложившейся ситуации слову Райвена я не верила. Трансплантация Кимао, Орайи и Данфейт могла никогда не состояться, а меня такой вариант развития событий не устраивал. Ни мне, ни Советникам решение о восстановлении первоисточника не далось легко. Конечно, первоисточник — это бомба замедленного действия, но, в то же самое время, его запуск мог подарить нам шанс на мирное будущее в обеих мирах. Теперь у нас есть боеспособная армия праведников и врата во Внешний Мир.