– О них в письме ничего сказано не было. Я пойду с Арьей, а ты и Араэл следите за домом.

Но сначала мне надо было во дворец. Император принял меня в небольшой комнате, рядом со своим кабинетом. Он пил крепкий кофе с булочками. Судя по его виду, он не спал уже вторые сутки.

Я быстро глянул на лежавшие на столе донесения. Ничего обнадеживающего в них не было. Кунакский патриархат пока не объявлял всеобщей мобилизации, но армию и флот привел в полную готовность. Крупная эскадра шла к Санторину. На отдельном листе были перечислены внутренние проблемы.

Из хороших новостей было то, что железнодорожники сдержали свое слово. Составы с войсками неслись по пустым дорогам на восток без задержек и промедлений.

– Чем обрадуешь?

– В столице заговор.

– Знаю, Гайрис уже доложил мне, как и Клавдий Вэр.

– Канцелярия работает неэффективно, вражда между внешней и внутренней разведкой может плохо закончиться.

– Пока они не делят власть, все нормально, – возразил Аврелий. – А враждуя друг с другом, они следят друг за другом и докладывают мне о каждом странном поступке соперника. Так я могу не бояться, что моя разведка однажды меня и уберет.

– Зато в один прекрасный день Тайная канцелярия может забыть обо всем и бороться только с собой же.

– А для этого и нужен я. Следить, чтобы все работало как надо.

Следуя своей любимой привычке, император внезапно перевел разговор на другую тему:

– Я приказал Совету магов уничтожить четвертую эскадру кунакцев.

– Рискованно.

– Они заверили меня, что никто ничего не узнает.

– Понятно. Я уже получил приглашение от Совета принять участие в этом интересном деле.

– Ты его примешь?

– Конечно.

– Ты был прав. Союз промышленников не способен справиться с рабочими. Они пытаются разогнать бастующих, нанимать новых работников, но особых успехов это не приносит. Я уже прямо намекнул им о необходимости пойти на уступки, но они уперлись.

– Прикажите мне разобраться с этим делом.

– Ты займешься заговором.

– Выше величество, заговорщики – лишь авантюристы, решившие воспользоваться удачным положением. Мои люди и Тайная канцелярия вычислят их. Это вопрос времени. Рабочие – вот наша проблема. Они уже готовы взбунтоваться без всяких подсказок со стороны. А Кунакский патриархат будет давать и такие подсказки, и оружие!

– В любом случае, Маэл, сейчас нет времени для революций!

– Вот именно поэтому мы не можем сейчас медлить и откладывать этот вопрос. Если начнется война – полномасштабного бунта не избежать!

– Маэл, я отдал приказ.

– Хорошо… ваша светлость.

Аврелий тяжело вздохнул.

– Ты знаешь, что в определенных кругах идут разговоры на тему, что монархия не лучшая форма власти? Что республика, оказывается, лучше монархии.

– Вот как. Я об этом ничего не слышал.

– Скоро услышишь. Аналитики предупреждают, что такие настроения будут расти.

– Значит, возможен не просто бунт, а революция.

– В чем разница?

– Революция – это бунт, умноженный на военный переворот, со щедрой добавкой анархии. Смещается не только правитель страны, разрушается вся система власти, уничтожаются органы власти, как правило, вместе с их членами. В нашем мире революцией можно назвать только переворот в Кунакской империи, когда к власти пришло духовенство, да и то с большой натяжкой. А вот в некоторых мирах революции бывают часто. И что интересно, ни к чему хорошему не приводят.

– Понятно. Так или иначе, у нас сейчас нет времени на долгие разбирательства. Как только начнутся открытые боевые действия, я введу военное положение в стране.

Военное положение. Ну конечно, в это время все выступления, демонстрации и забастовки запрещены. Я чувствовал, что это может стать последней ошибкой, но что я мог сделать? Ничего. Как говорят моряки, если во время шторма тебе кажется, что капитан не прав, заткнись и делай, что он говорит. И молись про себя, чтобы он оказался прав.

В здание Совета магии меня без лишних слов пропустили с черного хода. Охранник сказал только, что меня ждут в зале ритуалов.

«Ты не думаешь, что это все-таки ловушка?» – мысленно спросила Арья.

«Нет».

В здании все буквально звенело от напряжения. Давно я не видел столько силы, собранной в одном месте.

На лестнице я догнал Данте, несущего в руках большую стопку бумаг.

– Ты пришел, – вместо приветствия сказал он.

– Конечно, ты тоже будешь участвовать?