— А где вы работаете? — спросила я. Слова гремели и отдавались эхом в моей голове.

Пожалуйста, пусть это будет не фирма Иена.

Она назвала фирму Иена.

Мои руки лежали на ее плечах. Мне хотелось поднять их, обхватить ее за шею и задушить. Она не ожидала бы этого, конечно, так что все бы получилось. Она могла бы сидеть в кресле мертвая.

Но я сдержалась. Было бы слишком много последствий.

Вместо этого я заговорила о ее волосах.

— Они у вас слишком прижаты к голове, — сказала я, удивляясь, как я могу вообще что-то делать.

— Да. Как вы думаете, может быть, стоит приподнять их и придать форму? Что бы вы предложили?

Я представила, как мой Иен перебирает ее ужасные тусклые волосы, говоря Бренде, что она красивая, как часто в свое время говорил мне. Это было невыносимо.

— Это должно быть что-то очень стильное, — задумчиво сказала я. — Позвольте, я спрошу у Фэбиана, у него всегда есть идеи.

Неверной походкой я поплелась к Фэбиану и объяснила, что моей клиентке очень нравится классический стиль.

Он бесшумно приблизился и прикоснулся к ее голове.

— Мисс Дезмонд, Пандора, которая является одним из лучших наших стилистов, интересуется моим мнением. Я считаю, что лучше всего вам подойдет классический стиль, который вы выбрали, он дополнит ваши черты, и все, что вам требуется, — это небольшая аккуратная стрижка.

— Вы думаете, это будет хорошо? — спросила она, и великий Фэбиан прикрыл глаза, как бы говоря, что словами нельзя будет выразить всю прелесть этой прически.

— Люсинда, — позвала я молодую помощницу. — Возьми мою леди и дай ей самый лучший шампунь. — Я шепнула Люсинде — в реальной жизни ее звали Брид, — чтобы она ударила ее головой о раковину и напустила мыльной пены ей в глаза. Брид, естественно, поинтересовалась, зачем. — Потому что она мерзкая шлюха и спит с мужем моей лучшей подруги, — прошипела я.

Люсинда послушалась. Обессиленная, полуослепшая и страдающая от боли Бренда Дезмонд вернулась ко мне. Люсинда постаралась от души и едва не свалила ее с ног. Я нанесла на ее от природы жирные волосы самый маслянистый гель и сушила их до тех пор, пока все они не стали похожи на крысиные хвосты. Я обрезала их, чтобы концы стали клочковатыми и неровными. Когда кто-то на меня смотрел, я пожимала плечами, как бы спрашивая, что я могу сделать, если таковы полученные мною инструкции.

Когда я закончила и сделала ее настолько страшной, насколько это было в моих силах, она с сомнением посмотрела на себя в зеркало.

— Вы говорите, что это классический стиль?

— Он самый, Бренда, ему понравится.

— Надеюсь на это, он, знаете, очень элегантен. Как и положено французу.

— Он француз?

— Ну да, разве я не сказала, его направили к нам из парижского офиса! Представить только! И я, похоже, ему нравлюсь… — Она радовалась просто по-детски.

Я в ужасе смотрела на нее.

— В вашем офисе вы знаете кого-нибудь по имени Иен? — неожиданно спросила я.

— Иен? Иен Бенсон? Конечно, знаю. Он отличный парень, этот Иен. Откуда вы его знаете?

— Я знакома с ним, — мрачно произнесла я.

— Его жену зовут Ви, он все время говорит о ней.

— И что же он про нее говорит?

Я так себя презирала в этот момент, что была готова упасть перед ней на колени и, рыдая, просить прощения за то, что придала ей вид сбежавшей из сумасшедшего дома.

— О, многое, он хотел уехать с ней на этот уик-энд, а его послали на конференцию. Это почетно, конечно, но он сказал, что предпочел бы поехать с Ви в это место с озером и встретить там молодой месяц. И загадать желание.

— Как вы думаете, что он хотел загадать?

— Он не говорил, но, по-моему, он мог думать о том, чтобы в скором времени завести детей. И о том, чтобы приобрести для Ви салон поближе к дому. Он без конца работает сверхурочно. Он определенно копит деньги для чего-то…

И она ушла, со своей ужасной прической, гарантирующей полный провал уик-энда с этим утонченным парижанином.

Я думаю, что мне напоминали про клиентку, записанную на одиннадцать тридцать, но я ничего не слышала. Как почти ничего не слышала и позднее.

Возможно, святая Анна проявила милосердие, ответив на мою просьбу. Но на самом деле она ведь ничего не сделала, не так ли? Я думаю, что Иен никогда не переставал любить меня, так что я молилась за то, что мне уже даровано. С другой стороны, все получается так, как мы хотим.

Что ж, продолжим работать.

Это лишь деньги для наших будущих детей.

Это не конец жизни, как казалось пять минут назад.

Мое настоящее имя Джордж. Это мало кто знает. С двух лет меня называли Крепышом. А в салоне меня зовут Фэбиан.