Поначалу мы думали, что пакистанское правительство было осведомлено об операции по уничтожению бен Ладена и даже принимало в ней участие. Но вскоре выяснилось, что американцы действовали в одиночку. Это не слишком понравилось жителям Пакистана. Предполагалось, что мы и американцы – союзники. В так называемой войне с терроризмом мы потеряли больше солдат, чем они. Выяснилось, что американцы пересекли границу Пакистана ночью, используя специальные бесшумные вертолеты, летевшие чрезвычайно низко. Все наши радары они блокировали при помощи специальных электронных устройств. Лишь после того, как операция была завершена, они сообщили о ней главнокомандующему армией генералу Ашфаку Кайани и президенту Зардари. Большинство армейских начальников узнали об уничтожении бен Ладена из телевизионных новостей.

Американцы заявили, что у них не было иного выбора. По их словам, они не были уверены, что пакистанская военная разведка не свяжется с бен Ладеном и не предупредит его о готовящейся операции. Руководитель ЦРУ заявил, что пакистанские спецслужбы «или некомпетентны, или покрывают террористов. Ни тот ни другой вариант не делает им чести».

Мой отец считал, что это великий позор.

– Как мог известный всему миру террорист спокойно жить в Пакистане в течение стольких лет? – спрашивал он.

И он был далеко не единственным, кто задавался подобным вопросом.

Никто не сомневался, что местопребывание бен Ладена было известно межведомственной разведке. ПМР – могущественная организация, повсюду имеющая своих агентов. Разумеется, они не могли не знать, что главный террорист планеты живет всего в ста километрах от пакистанской столицы. Тем более он поселился там вскоре после землетрясения 2005 года и прожил несколько лет. Двое его детей появились на свет в больнице Абботтабада. Конечно, лучший способ спрятаться – жить открыто, но вряд ли таким образом бен Ладену удалось обмануть военную разведку. Всего в Пакистане он провел девять лет, до Абботтабада жил в Харипуре, а еще раньше скрывался в долине Сват. Именно там он встретил Халида Шейха Мухаммеда, организатора теракта 11 сентября.

Операция по уничтожению бен Ладена напоминала эпизод из шпионских фильмов, которые обожает мой брат Хушаль. Чтобы случайно не выдать себя, бен Ладен пользовался исключительно услугами курьеров, не прибегая ни к телефону, ни к электронной почте. Но американцы вычислили одного из его курьеров, сели ему на хвост, когда он находился в Пешаваре, определили номера его машины и следовали за ним до Абботтабада. После этого они просветили дом при помощи беспилотного самолета, снабженного рентгеновской установкой. На снимке можно было увидеть очень высокого бородатого мужчину, разгуливающего по внутреннему двору туда-сюда. Американцы прозвали его Ходок.

Каждый день мы узнавали все новые подробности, которые вызывали у людей жгучее любопытство. Тот факт, что террорист номер один спокойно жил на нашей земле, возмущал большинство жителей Пакистана куда меньше, чем самовольное вторжение американцев. Некоторые газеты утверждали даже, что американцы убили бен Ладена много лет назад и до поры до времени держали его тело в холодильнике. А после поместили тело в особняке поблизости от военной академии и инсценировали операцию по уничтожению террориста с одной-единственной целью – скомпрометировать Пакистан.

Мы стали получать эсэмэски, призывающие выйти на улицы и выразить поддержку пакистанской армии. «Армия сражалась за вас в 1948, 1965 и 1971-м», говорилось в одном из таких сообщений. Речь шла о трех войнах с Индией. «Поддержите армию сейчас, когда ей нанесли удар в спину». Но приходили нам и другие эсэмэски, в которых об армии говорилось с насмешкой и пренебрежением. В одном из сообщений спрашивали, как это возможно, что в стране, которая ежегодно тратит на вооружение 6 миллиардов долларов (в семь раз больше, чем на образование), американские вертолеты смогли беспрепятственно пересечь границу. И если Америка смогла сделать это, что помешает Индии поступить так же? «Пожалуйста, не шумите, армия спит!» – иронизировало одно из сообщений. «Продаются бывшие в употреблении пакистанские радары, – издевалась другая эсэмэска. – Они не способны засечь вертолет, но отлично ловят кабельное телевидение».

Генерал Кайани и генерал Ахмед Шуджа Паша, глава межведомственной разведки, были вынуждены давать объяснения в парламенте. Подобных прецедентов Пакистан прежде не знал. Нашу страну подвергли унижению перед лицом всего мира, и народ хотел знать, почему это стало возможно.

Американские политики тоже были в ярости, узнав, что главный террорист планеты все это время не скрывался в горной пещере, а жил под носом у пакистанских властей. Они напоминали о том, что в течение восьми лет, проведенных бен Ладеном в Абботтабаде, США выделили Пакистану более 20 миллиардов долларов на совместную борьбу с терроризмом, и теперь спрашивали, на чьей же мы стороне. В те дни все говорили об американских деньгах, называя астрономические суммы. Но все эти средства шли на армию; простые жители Пакистана не получали ровным счетом ничего.

Несколько месяцев спустя, в октябре 2011 года, отец получил по электронной почте письмо, где сообщалось, что я стала одним из пяти номинантов международной премии мира, которую присуждает организация «KidsRights», находящаяся в Амстердаме. Мою кандидатуру предложил архиепископ Десмонд Туту из Южной Африки. Отец всегда восхищался этим человеком, неутомимым борцом против апартеида. Но премию мне не присудили, и отец был очень этим разочарован. Тем не менее я считала, что это справедливо. В отличие от победителей, активно занимавшихся практической деятельностью, я пока что не имела возможности перейти от слов к делу.