— Из-за жары они состоятся завтра, — нарочно чёрство сказал Барт. — Нет времени посылать за роднёй.

— Артемида, — резко позвала Сара. — Скажи Юноне, что мы готовы ужинать, если всё готово.

Сара и Викки присоединились к Барту.

— Почему Юнона, дьявол её побери, летом готовит так много этой чёртовой свинины? — выразил недовольство Барт, когда на стол подали жаркое.

— Ты злился, что тебя достали курятиной и бараниной, — рассеянно напомнила Сара. — Если хочешь, на кухне есть красный люциан.

— Не волнуйся, — раздражённо сказал он. — Я это съем.

Викки очень хотела, чтоб Майкл был дома. Случая поговорить с ним один на один, после того, как прибыл Эндрю с сообщением о мятеже, так и не представилось.

Бедный Майкл, опять занимается похоронами.

Она бросила беглый взгляд в окна. Судя по цвету неба, дождь закончился. Завтра они поедут в Новый Орлеан на похороны. Неужели Эву похоронят на кладбище Сент-Луис, где похоронена Джанин?

— Мадлен, наверно, похоронят на семейном кладбище возле дома, — спокойно сказал Барт. — Харрисы там хоронили родственников пять поколений. Там достаточно высоко, чтоб положить их в землю.

Сара вздрогнула.

— Что-нибудь слышно о рабах Фремонта? — она специально перевела разговор в другое русло. — Кого-нибудь поймали?

Барт оторвался от жареной свинины.

— Я думал, ты знаешь. Заходил Чарли, сказал, что поймали целую дюжину. Фремонт отправил их в Новый Орлеан в кутузку для порки. Сказал, что не доверит кнут ни надзирателю, ни кучеру, они убили бы их до суда. Их схватили не далее одиннадцати миль отсюда.

Барт взял второе пирожное.

— Вам не нужно сидеть здесь, — спокойно он сказал. — Идите в гостиную, тут холодно, — и с нетерпением сделал знак удалиться.

В гостиной Сара остановилась перед портретом Эвы над камином.

— Никогда не думала, что всё так закончится, — в голосе слышалась боль. — Не нужно было возвращать её из Европы. Тогда ничего бы не случилось.

— Вы не могли этого предвидеть, — мягко сказала Викки. Снаружи раздались звуки. — Кто-то приехал, может, Майкл.

Викки подбежала к двери. Там уже Сократ широко открывал дверь, впуская Джошуа, бледного и со следами слёз на лице.

— Добрый вечер, Сократ. Пожалуйста, спроси миссис Иден, примет ли она меня?

— Как Бетси? — подошла к нему Викки, когда Сократ пропустил его в гостиную.

— Оплакивает мать. Мадлен всегда будет для неё матерью, хотя я сказал ей правду.

— Джошуа… — в дверях появилась Сара. — Ах, Джошуа, как мне смотреть тебе в глаза? — голос дрогнул. — Мне рассказали, что сделала Эва…

— Сара, ты не можешь отвечать за поступки сестры, — серьёзно сказал Джошуа. — Я пришёл поговорить об организации похорон. Хочу, чтоб на обоих похоронах мы были вместе, — он смотрел на неё бесконечно нежным взглядом. Он знал, что Сара сильно нуждалась в его поддержке. У Викки на глаза навернулись слёзы. — Если вы похороните Эву утром, мы отправим в последний путь Мадлен днём. Все эти годы ты была подругой Мадлен, — голос внезапно осип. — Только ты общалась с ней.

Эва тоже заходила, грустно подумала Викки. С мерзким умыслом.

— Майкл отправился в Новый Орлеан, чтоб всё подготовить. В Майкле моя сила. — Она совершенно по-иному посмотрела на Викки. — В Майкле и в Викки.

— Я некоторое время побуду с тобой, — сказал Джошуа. — Бетси в порядке. С ней Алекс.

— Пойдём в гостиную. — Сара посмотрела на одну из близняшек. — Афина, иди на кухню и скажи Юноне принести пирог и кофе.

Сара и Джошуа глядели друг на друга с такой тоской, что Викки почувствовала себя лишней. Оставался бы Барт в столовой. Пусть в эти минуты они побудут одни.

— Пойду к себе, — сказала Викки. — Я мало спала прошлой ночью.

В холле задержалась. Внезапно почувствовала потребность в свежем воздухе и вышла в галерею. Клубы чёрных облаков закрывали луну и звёзды: наверняка будет буря. Пусть завтра не будет дождя, молилась она, вспоминая холодный дождь, когда они стояли перед могилой Джанин.

Сэм нёсся по ступенькам, чтобы подставить шелковистую головку под её ладонь.

— Пойдём гулять, Сэм, — причин бояться сбежавших рабов не было. Двенадцать арестовано, другие четверо далеко.

Она быстро шла по берегу, чувствуя, что резко холодает. Миссисипи была бурной, транспорт отсутствовал, кроме небольшого судёнышка, изо всех сил пытающегося пристать к гавани. Первый удар грома раскатился по округе, когда она и Сэм шли от дома.

Внезапно, без предупреждения, хлынул обильный ливень, за несколько секунд промочив одежду.

— Сэм, назад, домой, — приказала она, затаив дыхание. — Давай!

Она прибежала в галерею, промокнув до нитки. Сэм нашёл убежище за креслами-качалками, ворча от обиды, что Викки бросила его, отправившись в дом.