Шрифт:
– Он что-то хотел передать?
– Да. Что-то очень важное. Когда занятия закончились, я выбежал, но его уже не было.
– Он рассказывал тебе что-нибудь до этого?
– Так, немного. Говорил, что все должны жить в мире. Даже наш организм и микробы в нем. Удивлялся звездам.
– Каким звездам? – спросила женщина.
– Тем, что на небе Мужчина по имени Женя достал из кармана камешек.
– Что он сказал тебе, когда отдавал этот камешек?
– Ничего. Мы разговаривали с ним, а потом он неожиданно исчез. А там, где он стоял, на крышке канализационного люка, я нашел этот камень.
Мужчина резко встал.
– Спасибо, Джейк! Ты нам очень помог.
– А кто он, этот мальчик?
– Я думаю, ты это узнаешь очень скоро.
Мэр раскинул на столе схему канализационных линий города.
– Видимо, при последней встрече наш незнакомый мальчик пытался передать подробности контакта, – говорил Кузнецов. – Но Джейку не удалось покинуть класс, и в результате нам придется искать место выхода самим.
Женя обратился к карте.
– А у вас небольшая канализационная система, – сказал он мэру,
– Небольшая, – ответил мэр. – Но разветвленная. Кузнецов склонился над картой.
– Не расскажете, Кит, что находится вот над этим переплетением канализации?
– Центр города. Женя кивнул.
– Скорее всего, в центре точки выхода нет, – произнес он. – Вот эти линии уходят далеко от основной паутины. Элен подошла ближе к столу, разглядывая схему.
– Эта линия пролегает по улице Зеленых Тополей. Она выдается за пределы города, – продолжал мэр.
– Так, а остальные?
– Эта подходит к горе. Там несколько домов. Эта ближе к озеру, там находится курортный центр. Эта линия – птицеферма.
Женя задумчиво постучал карандашом по линии, рас полагающейся под улицей Зеленых Тополей.
– Кто у вас работает из вулканологов?
– Филипович у них старший.
– Можно его пригласить? – попросил Кузнецов.
– Сейчас, подождите.
Мэр вышел из офиса и направился к фургону вулканологов. Через минуту из фургона вместе с мэром появился еще один человек
– Женя! – воскликнул вулканолог, входя в офис. – А говорили – ты повесился!
– Я тоже рад тебя видеть, Савва. Что у вас тут с вулканом?
– Не понятно ничего. Озеро греется, сернистые газы выходят на поверхность. А вулкан – словно спящая красавица. Не проснется, пока не поцелуешь. Кратер спокоен. Абсолютно.
– Где ощущается запах газа?
– По всему городу.
– Трещины вы не нашли?
– Нет. Так и не поняли – откуда он распространяется. – Филипович почесал свою окладистую бороду.
– Вы температуру почвы измеряли?
– Конечно. Возле вулкана самая низкая температура.
– А где еще измеряли?
– Везде. По всей территории долины.
– И где самая высокая?
– Возле этой... как ее... – Филипович ухватил, себя за бороду, пытаясь вспомнить. – Птицефермы этой, вот!
– И вы не обратили на это внимание?
– Она дальше всех от вулкана. Располагается на поле за городом. И потом мистер Вуд...
– Это хозяин фермы, – вставил мэр.
– Да, хозяин фермы, – продолжил вулканолог, – сказал, чтобы мы не верили приборам, так как в том месте, где мы проводили измерения, в земле проходят трубы с теплофикационной водой.
– Сколько вы намеряли?
– Около восьмидесяти градусов по Цельсию.
– Это температура почвы? – удивился Кузнецов.
– Да.
Женя обнял Филиповича.
– Дорогой мой Савва, – произнес он. – Знал бы ты, что даже прямая теплофикационная вода не имеет температуру больше девяноста градусов! А труба с теплофикационной водой даже без изоляции не сможет нагреть почву и до пятидесяти!
– Ты хочешь сказать, что точка предстоящего извержения находится там? – ужаснулся Фйлипович.
– Нет, Савва, не извержения.
Зеленый ковер горного луга лежал на расстоянии километра от озера и двух – от вулкана Мелисса. Городок Милд Рок располагался ниже метров на четыреста и был виден практически весь.
Рабочий откинул крышку канализационного люка.
– Почему на отдаленной ферме такая большая канализация? – спросил Кузнецов мэра.
– Здесь собирались строить птицефабрику.
– Почему же не построили?
– В то время люди стали покидать город, и прежние власти решили, что для птицефабрики не найдется необходимого числа рабочих.