Шрифт:
Кузнецов оторопело уставился на человека.
– Это постановление президента, – подтвердил серьезный молодой человек, заметив недоумение на лице Кузнецова.
– А кто возглавляет Центр по контакту? – спросила Элен.
– Доктор Кузнецов, конечно! Женя откинулся на спинку сиденья.
– И сколько людей сейчас задействовано в этом Центре? – спросил он
– Пока около десятка.
– Слава богу! – облегченно вздохнул Кузнецов. – Я никогда не руководил больше чем одним человеком.
– Штат может быть расширен до ста человек, – произнес сопровождающий.
Кузнецов замолчал. «Линкольн» тронулся.
Поездка заняла около сорока минут. Лимузин остановился перед утопающими в зелени металлическими воротами. Двое солдат с автоматами стояли на страже. Третий, приложив руку к каске, попросил пропуск. Сопровождающий показал что-то солдату, и тот отошел в сторону.
– Возьмите, – повернувшись к ним, произнес молодой человек. В руках он держал два пропуска. На имя доктора Граббс и на имя руководителя проекта – доктора Кузнецова. – Прикрепите их на грудь, чтобы охрана не спрашивала.
Ворота открылись, лимузин проехал внутрь
– Где мы? – спросил Кузнецов.
– Это один из стратегических бункеров командования Пентагона. Мы не многое успели сделать, но связь с сетью сейсмических станций уже организовали. Кроме того, орбиты четырех спутников были откорректированы, чтобы все время наблюдать Гавайские острова.
«Линкольн» остановился Двери распахнулись. Кузнецов и Элен вышли и очутились перед открытой стальной дверью толщиной не менее пятнадцати сантиметров. На пороге их встречал человек.
– Раш! – воскликнул Кузнецов
– Не прошло и суток, как мы с вами распрощались, доктор Кузнецов, – улыбаясь, ответил Раш.
– До сих пор не могу понять, как тебе поверили?! Сколько я потратил времени на убеждения, но все впустую!
– Иногда, – задумчиво произнес Раш, – людям, не имеющим отношения к науке, быстрее верят, чем тем, кто имеет ученые степени.
– Вот только не надо лишних слов! – произнес Кузнецов. – Просто у тебя кто-то был в Белом доме!
– Скажу по секрету, – наклонившись к уху, произнес Раш. – Президент – бывший член нашей организации.
– И ты молчал!
– Я не был уверен, что он придерживается старых взглядов. Мы поступили верно! Ты пытался предсказать землетрясение, руководствуясь научной точкой зрения, я предсказывал с ненаучной! Мы поступили верно!
Они спускались на лифте. Когда двери его раскрылись, Кузнецов очутился в небольшом зале с телевизионными мониторами, компьютерами, пультами, в котором стоял гул от комментариев людей, заполнявших комнату.
– Господа, я прошу минуту внимания! – громко объявил Раш. – Позвольте вам представить – доктор Кузнецов!
На миг шум прекратился, и Жене даже показалось, что принтеры перестали гудеть. Затем зал взорвался аплодисментами. Люди кричали «Браво!» и аплодировали. Хлопала даже стоявшая рядом Элен.
– Не надо, право, – пытался остановить их Кузнецов, но люди не могли унять свои эмоции. – Спасибо! Спасибо!
8.00 a.m. no стандартному времени Аляски и Гавайев, 21 июля (23.30 по времени Дели, 21 июля), Гавайские острова
Серые тучи затянули небо. Мелкий изнуряющий дождь шел не переставая.
Людская масса в порту колыхалась, словно океанские волны, хотя самих волн было не разглядеть. Пристань отделялась от океана корпусами кораблей. Бесконечные вереницы людей поднимались по трапам на борта судов.
Двое солдат и сержант держали ограждение, направляя массу в нужном направлении и пытаясь предотвратить падение людей с пирса в случае паники.
– Говорят, что тряхнет ровно в полночь, – произнес молодой солдат. Он уже забыл про промокшую насквозь униформу. – Что же с нами-то будет?
– Молчи, дуралей! Ты сможешь покинуть остров, только когда последний гражданский окажется на борту корабля.
Улицы Гонолулу, поливаемые дождем, опустели. Здесь продолжали гореть фонари и неоновая реклама, только все это было впустую. Некому любоваться их блеском. Люди покинули город.
Недалеко от Кануку жители Хауула отказались эвакуироваться, заявив, что не покинут родную землю и хозяйство. К тому же, сказали они, землетрясение может оказаться не таким страшным, каким его описывают.