— Я надеялась, что смогу протанцевать подлеталку, — начала она и добавила, когда Халигон уже загорелся: — Но моя правая нога еще не совсем окрепла.

— Но для медленных-то танцев она годится? Ты нисколько не прихрамываешь, когда ходишь.

— Да, ходить мне нетрудно, — Тенна снова помедлила, — и мне хотелось бы найти себе кавалера. — Это давало понять, что он может рассчитывать не только на один танец.

— Значит, все плавные за мной?

— Не забудь, Бевени тебя тоже приглашал, — напомнила Роза.

— А когда начнутся танцы? — спросила Тенна.

— После ужина, когда совсем стемнеет, — ответил Халигон. — Ты согласишься поужинать со мной?

Тенна услышала, как Роза затаила дыхание, но она и правда находила Халигона очень милым. Почему бы и не принять приглашение?

— Буду очень рада, — учтиво ответила девушка. На том и порешили. Халигон в честь их уговора допил вино до дна, поклонился всем троим и ушел.

— Йо-хо, Тенна, — прошептала Роза, глядя, как его высокая фигура исчезает в толпе. Клив усмехнулся:

— Чистая работа. Скорее бы ты предприняла свой новый Переход, чтобы снова разрешить наши задачи. — Беги ты прочь! — весело бросила Тенна и только теперь позволила себе потрогать темно-зеленую кожу. — Следил он за нами, что ли? Откуда он узнал?

— Ну, Халигона дурачком не назовешь, — сказала Роза, — хотя он и любит скакать по беговым трассам.

— Я думаю, он сам рассказал обо всем отцу, — заметил Клив, — а это показывает, что парень он честный. Глядишь, он еще и понравится мне в конце концов. — Да, молодец. Хотя раньше он никогда не сознавался, что ездит по трассам, как Торло его ни уличал. — Роза усмехнулась Тенне. — Правду говорят, что красавица привлекает больше внимания, чем дурнушка вроде меня.

— Ты не дурнушка, — вознегодовал Клив и только тогда понял, что Роза ловко поймала его, напросившись на комплимент.

— Правда? — кокетливо заулыбалась она.

— Ах ты! — покачал головой попавшийся на удочку Клив и засмеялся, а потом поровну разлил по стаканам вино, оставленное Грогхом. — Такому добру пропадать нельзя.

Тенна вернулась на станцию, чтобы спрятать свою красивую кожу. Бегуны наперебой поздравляли ее, и она получила множество приглашений на танцы и на ужин.

— Ну вот, я же говорила! — воскликнула Пейда, улыбаясь от уха до уха. — Красивую девушку всегда выслушают.

— И Халигон не будет больше ездить по трассам, — засмеялась Тенна.

— Так обещал его отец, однако поживем — увидим.

— Я позабочусь об этом, — весело пообещала Тенна и вернулась на площадь. Никогда еще она так чудесно не проводила время.

У ям, где жарилось мясо, уже собирались люди на ужин, и Тенна подумала, уж не подшутил ли над ней Халигон. Он как-никак сын старосты! Но тут он появился рядом, предложил ей руку и сказал:

— Я не забыл.

Благодаря привилегированному положению Халигона мясо им подали гораздо раньше, чем Кливу и Розе, а вино, заказанное им, оказалось еще лучше того, что Тенна пробовала днем, поэтому к началу танцев она совсем развеселилась.

Первый танец она отдала Гролли — он пригласил ее раньше всех, хотя даже не надеялся, что она согласится, — и ее удивило, что Халигон не пошел танцевать с другой. Он ждал за столом, пока запыхавшийся Гролли не привел Тенну обратно. Этот мотив был довольно веселый, хотя и не столь быстрый, как подлеталка. Следующий танец оказался помедленнее, и она подала руку Халигону, хотя вокруг них столпилась добрая половина всех бегунов. Халигон ловко привлек ее к себе, прижавшись к ее щеке своей. Он был чуть выше ее, и они приспособились друг к другу без усилий. Всего один круг — и Тенна вверилась ему полностью.

Поскольку они танцевали щека к щеке, она почувствовала, что он улыбается, а он внезапно прижал ее к себе.

— Ты уже знаешь, когда побежишь снова?

— Я уже сделала одну короткую пробежку — в порт. Как раз хватило, чтобы разогреться.

— Как это у тебя получается — пробегать такие расстояния? — Он слегка отодвинул ее, чтобы видеть ее лицо при свете фонарных корзинок. Он в самом деле хотел знать.

— Отчасти потому, что меня этому учили, отчасти потому, что у нас это в крови.

— И ничем другим ты заняться не могла?

— Могла, но мне нравится бегать. В этом есть… какое-то волшебство. Иногда тебе кажется, что ты весь мир можешь обежать. И я люблю бегать ночью. Чувствуешь себя так, будто ты одна жива, и не спишь, и движешься.

— Так оно и есть — если ты считаешь недоумков, которые носятся верхом по трассам. Давно ли ты бегаешь?

Он спрашивал с искренним интересом, и она подумала, что зря, пожалуй, развела столько сантиментов вокруг такого простого занятия, как бег. — Скоро будет два Оборота. Это мой первый Переход.