Деревня называлась Талойоак и представляла собой скопление палаток и малочисленных снежных домов, где жили в общей сложности человек шестьдесят. Там было даже несколько прилепившихся к скалам домов из дерна, на крышах которых летом вырастет трава.

Местные жители звались олеекаталиками, каковое слово, предположил он, означало «люди в плащах», хотя шкуры, которые они носили накинутыми на плечи поверх парок, больше походили на шерстяные шарфы англичан, чем на настоящие плащи. Глава общины был примерно одного возраста с Талириктугом и довольно привлекателен, хотя у него не осталось ни одного зуба, отчего он выглядел старше своих лет. Он носил имя Икпакхуак, которое, как объяснил Асиаюк, означало «Грязный», даром что с виду и по запаху он показался Талириктугу не грязнее всех остальных и почище некоторых.

Жену Икпакхуака — значительно моложе мужа годами — звали Хигилак. Асиаюк с глупой ухмылкой объяснил, что данное имя означает «Ледяной Дом», но Хигилак держалась с гостями отнюдь не холодно. Она вместе с мужем радушно приняла отряд Таликтуга, накормив горячей пищей и вручив всем подарки.

Он осознал, что никогда не поймет этих людей.

Ипакхуак, Хигилак и прочие члены семьи угостили их умингмаком, жареным мясом овцебыка, которое Талириктуг ел с удовольствием, но Силна, Асиаюк, Науйя и остальные через силу, поскольку они были нетсиликами, «людьми, питающимися тюлениной». По завершении церемонии знакомства и трапезы он сумел на языке жестов, истолковываемых Асиаюком, перевести разговор на дары каблуна.

Икпакхуак признал, что община плаща действительно владеет таким сокровищем, но, прежде чем показать дары гостям, попросил Силну и Талириктуга продемонстрировать всем жителям деревни свои магические способности. Большинство олеекаталиков никогда в жизни не видели ни одного сиксам иеа — хотя сам Икпакхуак несколько десятилетий назад знал отца Силны, Айю, — и Икпакхуак вежливо спросил, не согласятся ли Силна и Талириктуг немного полетать над деревней и, возможно, превратиться в тюленей, только не в медведей, пожалуйста.

Силна объяснила — при помощи говорящей веревки и Асиюка в роли переводчика, — что два небесных повелителя духов не желают этого делать, но они оба покажут гостеприимным олеекаталикам обрубки языков, отнятых у них Туунбаком, а ее муж-каблуна-сиксам-иеа доставит им редкое удовольствие увидеть его шрамы… шрамы, оставшиеся после яростной схватки со злыми духами, произошедшей много лет назад.

Это вполне устроило Икпакхуака и его людей.

После демонстрации шрамов Талириктугу удалось заставить Асиаюка снова вернуться к разговору о дарах каблуна.

Икпакхуак мгновенно кивнул, хлопнул в ладоши и послал мальчишек за сокровищами. Дары каблуна передавали по кругу из рук в руки.

Несколько разных деревянных деталей, в том числе хорошо сохранившаяся свайка.

Золотые пуговицы с якорем.

Фрагмент любовно расшитой нижней рубашки.

Золотые часы, цепочка от них и горсть мелких монет. Инициалы

на задней крышке часов наводили на мысль, что они принадлежали Чарльзу Дево.

Серебряный пенал с инициалами

на внутренней стороне крышки.

Наградная золотая медаль с выгравированной благодарственной надписью, некогда полученная сэром Джоном Франклином от Адмиралтейства.

Серебряные вилки и ложки с гербами различных офицеров Франклина.

Маленькая фарфоровая тарелка с выведенным на ней эмалевой краской именем

Скальпель.

Портативное бюро красного дерева, которое человек, сейчас державший его в руках, сразу узнал, поскольку в прошлом оно принадлежало ему.

«Неужели мы действительно тащили все это дерьмо в лодках сотни миль? — подумал Крозье. — А до этого везли тысячи миль из Англии? О чем мы думали?» Он закрыл глаза, борясь с приступом тошноты, подкатившей к горлу.

Безмолвная дотронулась до его руки. Она почувствовала, как внутри у него все переворачивается. Он посмотрел ей в глаза, чтобы показать, что он по-прежнему здесь, хотя это было не так. Не совсем так.

Они двинулись на веслах вдоль побережья на запад, к устью реки Бака.

На вопрос, где они нашли сокровища каблуна, олеекатали-ки Икпакхуака отвечали расплывчато, даже уклончиво — несколько из них говорили о месте под названием Кинуна, которое могло являться одним из крохотных островков в проливе к югу от Кинг-Уильяма, но большинство охотников сказало, что они нашли сокровища к западу от Талойоака, в месте под названием Куглуктук, каковое слово Асиаюк перевел как «падающая вода».

Крозье решил, что речь идет о первом по счету маленьком водопаде на реке Бака, находящемся неподалеку от устья.