Жаклин вернула ключи на прежнее место, закрыла коробочку и опустила ее в сумку.

— Что ты здесь делаешь?

От неожиданности она вздрогнула, но мгновенно справилась с собой, повернулась на голос и подняла глаза. Перед ней стоял Юсеф. На коже у него блестели крохотные капельки воды, а стройные бедра были обернуты махровым бежевым полотенцем. «Как долго он здесь стоял? Что видел? — подумала Жаклин. — Но я тоже хороша! Почему, спрашивается, не следила за дверью?»

— Я искала свои сигареты. Ты, случайно, их не видел?

Юсеф ткнул пальцем в сторону спальни.

— Ты их оставила на столике у кровати.

— Ах да! Временами я бываю такая рассеянная...

— Значит, ты искала сигареты? И ничего больше не делала?

— А что, по-твоему, я еще могла здесь делать? — Она широким жестом обвела рукой комнату, как если бы пытаясь привлечь его внимание к скудной обстановке гостиной. — Надеюсь, ты не думаешь, что я хотела отсюда сбежать, прихватив принадлежащие тебе ценности?

Она поднялась со стула и взяла сумку.

— Ты закончил свои дела в ванной?

— Закончил. Я вот только никак не пойму, зачем тебе в ванной сумка?

Он что-то заподозрил, с ужасом подумала она. Неожиданно ей захотелось как можно быстрее убраться из этой квартиры. Секунду подумав, она решила, что слова Юсефа по идее должны были ее оскорбить.

— Похоже, у меня начинаются месячные, — произнесла она ледяным тоном. — Хочу, однако, тебе заметить, что мне не нравятся такие вопросы. Или арабы вообще все такие бестактные? Нехорошо так обращаться с девушкой на следующее утро после первой близости.

Она с независимым видом прошла мимо него и скрылась в спальне. Что и говорить, голос звучал вполне убедительно. Она даже подивилась той степени естественности, какой ей удалось добиться, изображая негодование. Схватив дрожащими руками свои вещи в охапку, она отправилась в ванную. Там она включила кран и, пока вода бежала в ванну, быстро оделась и привела себя в порядок. Потом, так и не приняв душ, она выключила кран, спустила воду и вышла из ванной. Юсеф сидел в гостиной. На нем были выцветшие джинсы, свитер и надетые на голую ногу мокасины.

— Я вызову тебе кеб, — сказал он.

— Не утруждайся. Сама как-нибудь доберусь до дома.

— Позволь в таком случае хотя бы проводить тебя до подъезда.

— Благодарю, я найду дорогу.

— Что с тобой? Откуда вдруг эта холодность и неприязнь?

— Мне не нравится, как ты со мной разговариваешь. Я отлично провела время, но ты в последний момент все испортил. Ладно, пойду. Может, когда-нибудь еще и увидимся.

Она открыла дверь и вышла в коридор. Юсеф последовал за ней. Она спустилась по лестнице на первый этаж и, пересекая холл, направилась к выходу.

Когда она уже хотела выйти из дома, он схватил ее за руку.

— Извини, Доминик. Временами на меня находит. Прямо паранойя какая-то. Но если бы ты прожила такую жизнь, как я, тоже стала бы параноиком. Кроме того, расспрашивая тебя о всякой ерунде, я не имел в виду ничего оскорбительного. Итак, где и когда мы встретимся снова?

Она ухитрилась изобразить на губах улыбку, хотя ее сердце колотилось, как бешеное. Она не знала, как быть. Хоть ей и удалось получить оттиски с ключей, существовала вероятность, что он видел, как она их делала. А если даже и не видел, то все равно что-то заподозрил. Если бы она чувствовала себя виноватой, самой естественной реакцией с ее стороны было бы отвергнуть предложение. Но она решила его принять. Если Габриель скажет, что она допустила ошибку, то встречу недолго и отменить.

— Ты мог бы пригласить меня в ресторан пообедать? — предложила она.

— В какое время?

— В шесть тридцать. Встретимся около галереи.

— Очень хорошо.

— И не опаздывай. Терпеть не могу, когда мужчины опаздывают.

Она поцеловала его и вышла из дома.

Мейда-Вейл. Лондон

Когда Жаклин приехала к себе на квартиру, Габриель сидел у нее в гостиной на диване и пил кофе.

— Как все прошло?

— Чудно. Свари мне кофе, ладно?

Она прошла в ванную, закрыла дверь и включила кран. Когда ванна наполнилась, она сбросила с себя одежду и легла в горячую воду. Через минуту в дверь постучал Габриель.

— Входи.

Он вошел в ванную. Похоже, его слегка удивило, что она уже успела раздеться и залезть в воду. Отведя от нее глаза, он стал отыскивать свободное местечко, куда можно было поставить кружку с кофе.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он, продолжая избегать ее взгляда да и вообще поворачиваться в ее сторону.