– Уйдите! – крикнула Фен. – Я просто не могу больше. Не могу!

Она увидла силуэт мужчины на фоне дверного проема.

– Билли! – хрипло вскрикнула Фен, поддавшись безумной надежде. – О Билли!

– Увы! Нет, крошка, – протянул тот. – Тебе придется удовольствоваться вторым из лучших.

Это был Дино Ферранти.

Фен снова скорчилась на кровати.

– Оставьте меня в покое все! Могу я побыть в… ном одиночестве?

– Нельзя… ться в одиночестве. Это физически невозможно, – сказал Дино, садясь на кровать и привлекая Фен к себе. – Успокойся, детка. Ну все уже, все. – Он гладил ее мокрые от слез волосы. Ее рубашка промокла насквозь. Дино пришел в ужас от того, каким хрупким было прижатое к нему тело Фен.

– Я так сильно люблю его, то просто не знаю, как мне быть.

– Тихо. Помолчи пока.

Постепенно она затихла.

– Что мне делать? – повторила она с дрпжью в голосе.

Дино вытащил бумажную салфетку, промокнул Фен глаза и дал ей еще одну салфетку, чтобы высморкаться.

– Перед тобой должны выступать еще двенадцать жокеев. Ты должна одеться и участвовать в этом состязании.

– Нет. Будь все проклято!

– Еще как да. Представь себе, что это случилось бы Лос-Анджелесе. Ты не можешь просто так взять и не выступить. Каждое состязание – это тренировка перед Олимпиадой, верно?

– До Лос-Анджелеса еще десять месяцев, – буркнула Фен. – А я не знаю, как прожить хотя бы пять минут.

Теперь ее била дрожь.

Дино налил в стакан бренди.

– Выпей вот это.

– Не хочу.

– Хочешь. Открой рот.

Он почти насильно влил в нее бренди.

– Скотина, – сказала Фен, но выпила.

– Теперь снимай эту одежду.

Он по-отцовски снял с нее рубашку и жокейскую куртку, перпачканые помадой и тушью.

– Это мои счастливые рубашка и куртка, – простонала Фен, закрывая грудь руками.

– Сегодня они не принесли тебе удачи, – сказал Дино. – Попробуй друой вариант. – Он протянул ей чистую рубашку.

– Я не буду выступать! – строптиво сказала Фен. – Только не на Харди. Он – просто кошмар. И я не видела дорожку.

– У тебя будет время посмотреть последние три круга, – сказал Дино. – Пойдем. Надевай куртку. Возьмешь мои темные очки.

– Я тебя ненавижу, – сказала Фен. – Самым настоящим образом ненавижу.

На мгновение, когда она глянула на себя в зеркало, а Дино стоял позади, Фен была поражена контрастом между своей призрачной фигуркой, бледным лицом и опухшими глазами, и Дино – орехово-загорелым и странно-элегантным в черной шелковой рубашке и светло-сером костюме. С тех пор, как Фен последний раз его видела, Дино покрасил себе седые пряди в волосах.

– Красотка и Чудовище, – сказала она.

Новости о беременности Джейни и о том, что Билли побил Дриффилда, разлетелись мгновенно.

Фен выбралась из грузовика и обнаружила, что вокруг кишат репортеры. Дино безжалостно разогнал их. Нет, Фен ни с кем не будет разговаривать. И автографы давать тоже не будет. Загораживая ее своими руками, он пробился сквозь толпу.

– Кто это с ней? – спросил репортер из «Экспресса». – Знакомое лицо.

– По-моему, он актер, – сказала девушка из «Миррор».

Каким-то чудом они еще успели посмотреть пару кругов.

– Обрати внимание на стенку, – предупредила Сара. – На ней было много ошибок. А комбинация рассчитана на странное число шагов лошади. Все начинали делать три шага, потом меняли решение, слишком рано придерживали лошадей и сбивали третье препятствие.

– Ты-то уж про это все знаешь! – рявкнула Фен на Сару.

– Мне очень жаль, Фен, – приглушенно сказала Сара. – И я так рада, что ты собралась с силами, чтобы выступить.

– Я бы этого не сделала, – сказала Фен, бросая ядовитый взгляд на Дино, – если бы этот Муссолини в сапогах по колено не явился сюда. Почему я не могу спокойно умереть?

На дорожке как раз была Мери Джо Уилсон, «номер один» среди американских женщин-жоккев, с золотисто-рыжими волосами, невероятно привлекательная. Она выбила кирпич из стены, сбила перекладину со второго препятствия и врезалась в третье. Толпа сочувственно замычала.

– Что я тебе говорил? – сказал Дино. – Привет, Мери Джо! – крикнул он возвращающейся с круга наезднице.

– Дино! – Ее лицо просветлело. – Я не знала, что ты в Европе.

– Сколько прошли чисто? – спросила Фен у Сары.

– Только четверо.

Дино снял с протестующей Фен свои темные очки.

– Но у меня все еще красные глаза!

– Просто представь себе, что ты – белая крыса.

Фен верхом на Харди выехала из-за вишневых занавесей на ярко освещенную арену.

– И вот мы видим Фенеллу Максвелл! – восторженно завопил Дадли Диплок. – Фенелла Максвелл, недавно с таким блеском занявшее второе место в скачках на Золотой кубок Криттлдена, верхом на Харди!

Зрители, которые были страшно разочарованы, когда Фен не появилась на своем назначенном месте в классе, и уже решили, что она не участвует, разразились воплями удивления и восторга.