Миссис Маколей обсуждала цены на недвижимость с Олби и квакала, словно перекормленая лягушка. Хэлен поигрывала куском кокиллы и умудрилась завязать спор с Мэлисом по поводу Джейка.

– Естественно, я разочарована, что Руп не получил медаль. Но если кто и мог ее выиграть, то это Джейк.

– Прекрасная сказка, – кивнул Мэлис. – Особенно, после такого чудовищного провала.

– Но вы же им довольны, ведь так?

Мэлис несколько натянуто улыбнулся.

– Он хитер и упрям, но нужно отдать ему должное. И он фантастический счастливчик.

– А не кукла ли Тори?

– Господи, нет, – резко возразил Мэлис. – Она действует на него успокаивающе. Должен признаться, я никогда не думал, что он способен взять серебро. Я думал, у него кишка тонка.

– Как оказалось, не тонка. И он вполне справился без нее, – сказала Хэлен, раскатывая от волнения свой кусок хлеба в шарики.

– Она все время помогала ему последние десять лет, – вежливо ответил Мэлис.

Диверсия случилась на противоположном конце стола. Джоан Коллинз подплыла и втиснулась в объятия Руперта.

– Хэлен, дорогуша, – Мэлис понизил голос. – Я знаю тебя достаточно долго, чтобы осмелиться дать тебе один совет. Не играй с огнем. По крайней мере – с Олимпийским. Притуши его. До следующих игр.

Хэлен покраснела от ярости.

– Не знаю, о чем вы говорите.

– Еще и как знаешь, – сказал Мэлис серьезно. – У меня было достаточно головной боли держать все в порядке, без того, чтобы позволить тебе разрушить корабль.

Джоан Коллинз, пышная в своих кружевах, пристроилась за столом.

– Привет, Джейк. Мы раньше не встречались. Какой был блеск. Я застряла на студии, но мы сподобились прорваться на вторую половину. Все британцы сходили с ума.

Она повернулась к Хэлен.

– Как дела, дорогая? – ее взгляд упал на золоченое платье. – Ух, ты. Я уже видела это платье. Вчера, в салоне Джорджо. Я справилась о цене. Тебе невероятно повезло с богатым мужем. Свистни, когда устанешь от него.

Хэлен окаменела.

– Думаю, она уже устала, – сказал Руперт и посмотрел на Хэлен, барабаня пальцами по столу. – О, эта старая вещица.

– Заткнитесь, ради всего святого, – сказала Фен. – Оно ей идет.

Сюзи, неистово флиртовавшая с Джейком, поднялась и отправилась в уборную. Миссис Маколей немедля заняла ее место. Джейку показалось, что он уже на пятом уровне. Ее красное лицо, казалось, имело на пару глаз больше – прямл посреди лба. Он должно быть совершенно скотски пьян. Миссис Маколей принялась расспрашивать его о Тори, детях, ферме и лошадях и абсолютно не реагировала на то, что Джейк уже в кусках и зовет ее, почему-то, миссис Кэмпбелл-Блэк. Для нее вдруг стало интересно, правда ли то, что женитьба Джейка на много счастливее, нежели у Хэлен, которая вышла замуж за того монстра, который обхаевает Америку.

– Телевизионное освещение крайне однобоко, – разлагольствовал Руперт. – Американцы ни хрена не знают, что в мире деется.

Хэлен с беспомощным видом явила свой взор Мэлису.

– Не находите ли вы Лос Анджелес обворожительным? – спросила она. – Такая замечательная смесь порядка и хаоса.

– Не мели ерунды, – вскричал Руперт.

Мэлис нахмурился.

– Разве так разговаривают с дамой? – взбеленилась миссис Маколей.

– А кто вам сказал, что она – дама, – парировал Руперт. – Уж точно не ее родители.

Миссис Маколей поднялась на ноги.

– Ни секунды не останусь, чтобы выслушивать всякие гадости.

– Почему же вы тогда не уходите? – спросил Руперт.

Только увещевания Мэлиса, оправдания Хэлен и появившееся на столе мороженное, заставили миссис Маколей остаться.

Руперт вернулся к своим атакам на американскую команду:

– Они все роботы. И Мэри Джо – робот. Кэрол Кеннеди – робот. Дино Ферранти…

– Он не робот, – вскричала Фен.

– Симпатизируешь ему, да? И моя дорогая женушка тоже симпатизирует. Она действительно дорогая. Вы то хоть честно заработали, что имеете. А она – паразит.

– А я и не знал, что Хэлен из Парижа, – удивленно сказал Айвор.

Все рассмеялись, что несколько облегчило обстановку.

– Завтра в Голливуд Боул отличный концерт, – обратилась Хэлен к Мэлису. – И завтра же там постановка «Гамлета» на русском. Меятаю пойти туда.

– Вычеркни меня из списка, – сказал Руперт. – Почему бы им не поставить «Черную красавицу» на урду? Это единственное подобающее занятие для Голливуд Боул.

Фен еле сдержалась, чтобы не захохотать.

– А в Риалто показывают очень неприличное кино, – сказала Сюзи, обнаружив, что ее место занято, но не желая выходить из партии. – Почему бы нам завтра вечером туда не отправиться?