Кравченко перебросил в помощь Пахому еще двух бойцов, но этого оказалось мало. Пулемет не давал наемникам поднять головы. Пока молотил пулемет, из укрытия выскользнули оставшиеся клиенты, и Кравченко уже собрался поднимать людей в отчаянную атаку, но тут противник вдруг прекратил стрельбу. Можно было подниматься и вновь начинать преследование группы Бондарева.

Все случилось, как и предполагал Кравченко. Жаль, что сработал худший вариант. Беготня за неуловимым майором порядком надоела сержанту.

Но тут выяснилось, что и на этот раз время еще не пришло. Едва наемники поднялись в полный рост и вновь двинулись по следам группы Бондарева, в тылу заработали автоматы и пулеметы. Свинцовый шквал смел двух бойцов, остальные успели броситься на землю и тут же забыли о преследовании Бондарева. Наемники поползли влево, пытаясь укрыться в канавах, руинах и за грудами мусора.

Кравченко тоже двинулся влево, заполз в более-менее надежные развалины и выглянул, чтобы оценить обстановку. Положение его группы было аховое. Кравченко и его бойцы вдруг поменялись местами с клиентами. Теперь уже они прятались в развалинах, а крупная банда кочевников двигалась на штурм. Похоже, это опять была бригада Лютого.

Силы были неравны, но шанс у Кравченко и его товарищей оставался. Ведь где-то на подходе была группа Коваля. Если, конечно, ее не разбили эти самые кочевники. Очень уж они были решительно настроены и действовали без оглядки, словно точно знали, что с тыла к ним подкрасться некому.

Кравченко окинул взглядом свою поредевшую группу. Рядом были четверо. Еще трое, включая верного Пахома, залегли в канаве посреди поля и снова не могли даже пошевелиться под обстрелом. Ни вытащить, ни прикрыть их Кравченко не мог. Он мысленно прикинул наилучший маршрут и дал отмашку оставшимся бойцам уползать из опасной зоны в глубь поселка, а затем на восток. Задуманный сержантом финт был простым. Он собирался уползти в зону ответственности Армии. Территория возрожденцев начиналась буквально за окраиной городка. Там, если потребуется, наемники могли прикинуться армейской разведгруппой. И как бы ни были злы кочевники на Кравченко и компанию, на армейскую территорию они вряд ли сунутся. Тем более, когда на ней идут боевые действия. Ведь до Волчанска от Шебекина было рукой подать. Километр влево-вправо, и ты под раздачей. И уж если попадешь, не выкрутишься. Армейцы не станут сортировать, кто тут замаскированный провокатор, а кто «честный кочевник». Дадут прикурить всем. Они сейчас злые.

Стрельба вдруг на миг стихла, затем началась снова, но теперь пули не щелкали по развалинам, в которых затаились бойцы Кравченко. Сержант вновь выглянул из укрытия. Ситуация резко изменилась и снова, будто бы по старым лекалам.

В тыл кочевникам ударил новый противник – группа Коваля, и бригаде Лютого пришлось перенести огонь на него. У Коваля осталась едва ли половина бойцов, но «серые» упрямо лезли на рожон, чтобы, как и прежде, прикрыть группу Кравченко. Отрабатывали свой аванс «серые» по полной программе.

«А как иначе? – подумалось сержанту. – У заказчиков не забалуешь. Люди серьезные».

Что ж, лично Кравченко такой расклад устраивал. Кочевников было очень много, гораздо больше, чем ночью в Черновке или утром в Скородном. Похоже, Лютый бросил в бой всех, кого сумел собрать. У Коваля, пожалуй, не было никаких шансов. Но что до этих проблем было сержанту Кравченко? Кто-то таскает рояль, кто-то на нем играет. У каждого свои задачи.

Воспользовавшись моментом, к группе присоединились взмокший и запыхавшийся Пахоменко и еще два бойца. Теперь точно можно было уходить. Нет, можно было помочь Ковалю, но… у каждого свои задачи.

Кравченко мысленно пожелал Ковалю удачи, после чего отбросил сомнения и жестом приказал группе отползать поглубже в руины.

Вскоре поле боя осталось далеко на севере, группа спустилась в удобную ложбину, и бойцы смогли, наконец, выпрямиться. Сержант провел беглую перекличку и объявил пятиминутный привал. Сам Кравченко тем временем выбрал удобную позицию и окинул взглядом местность.

Восточнее позиции наемников на армейской территории царило запустение. Практически все силы были переброшены к Волчанску. А вот на Харьковском направлении, наоборот, было очень даже людно. В бинокль Кравченко разглядел далеко на юго-западе пешую колонну, которая двигалась в сторону северного форпоста.

– Пахом, поднимай народ, – негромко бросил сержант верному адъютанту. – И пусть взбодрятся. Пойдем рысью.

– Что… – Пахом повертел головой. – Опять Лютый на подходе?!

– Нет, не Лютый.

– Чего ж тогда… рысью? Клиента увидел?

– Клиент временно вне зоны доступа, – Кравченко опустил бинокль. – Возвращаемся к Волчанску.

– Куда? – Пахом вытаращился на Кравченко. – Зачем?

– Пришла пора вытягивать непосредственное начальство. Засиделось там на нарах. Подъем!

– Там ведь военных, что грязи! Думаешь, мы штурмовую группу так офигенно усилим, что Волчанск сдастся?

– Думаю, что очень скоро военных там станет еще больше, – Кравченко биноклем указал в сторону колонны. – Нашим штурмовикам придется отойти на территорию кочевников, как и задумано. И пока этого не случилось, надо вытащить начальство. Этот момент мы тоже обсуждали с заказчиком. Я знаю способ, не волнуйся.

– С помощью пули – на тот свет, как ты Кулдыка вытащил? – Пахом хмыкнул.