Только попробуй укусить,прошипел я куда-то ей в макушку.

Только попробуй, сука,сказал я.

Она замычала что-то, я не ослабевал давления. Лишь минуту спустя я дал ей вдохнуть.

Что,сказал я.

Пожалуйста,сказала она.

Поздно,сказал я.

Лижи,сказал я.

И рану лижи тоже,сказал я.

Она заплакала и стала вылизывать мою грудь, в то время, как я продолжил пробиваться в ее заднице. И если сначала я был осторожен и предусмотрителен – когда первая часть пройдена, можно позволить себе побыть великодушным, ведь рыба на крючке и уже никогда не сорвется, – то потом перестал.

От каждого моего толчка, – пока я не вошел полностью, – она начинала плакать еще горше, и не останавливаясь, лизала мне грудь.

Мне пришлось думать о чем-то, чтобы не кончить сразу. Зато когда я забил сваи полностью, наш с ней дом на берегу залива вырос на удивление крепким, на удивление стройным, на удивление счастливым, на удивление рыбам, кораллам, небу и золотистому песку, нежным креветкам с розовым мясцом трясущихся слюнявых половых губ, беззащитных десен, – на которых кровь пузырилась, вперемешку со слюнями, – на удивление всем самым красивым лагунам мира, неотличимым… которые кочуют из одного рекламного проспекта в другой, меняя лишь названия и географические названия. Я вышел из хижины, скрипнул дверью, и, не оглядываясь, счастливый, пошлепал по песку, зашел в воду, и, окруженный стайками диковинным рыбок, выгреб на своей доске в море, где оседлал волну. Она подняла меня над миром, и, играя на пеной, как белыми девичьими ногами, понесла меня наверх.

К небу. Шшшшшшш, шипела волна.

Шшшшшшш,шипела она.

Ты берешь меня в задницу,сказала она.

Блядь, глазам своим не могу поверить,сказала она.

Блядь ты БЕРЕШЬ МЕНЯ В ЗАДНИЦУ,сказала она.

Я тебя, мать твою, впервые в жизни вижу,сказала она.

И ты уже берешь меня в задницу и я кончила впервые в жизни,сказала она.

Я ничего не сказал. Ведь, чтобы я не сказал, все было бы не то. За исключением того, что я действительно трахал ее в задницу.

Но это и так было понятно.

Дай мне взглянуть,сказала она.

Я рывком поднялся с нее и успел выпрямить руки.

Завис над ней, как американский «морской котик» – над плацем, где бедолаги из казарм делают 179—е отжимание за утро.

Она, оттопырив нижнюю губу, с растрёпанными волосами – сейчас она была похожа на выпускницу филфака, которая устроилась в картотеку института, да и просидела там лет 30, – приподнялась на локтях и глянула вниз.

Боже мой,сказала она.

Я слышала, это делают сзади,сказала она.

Ну, в первый раз,сказала она.

Нежные ароматы, ароматические масла,сказала она.

Массаж, и, прости уж за подробности, очистительная клизма с ромашкой,сказала она.

С фиалкой,сказал я, и она прыснула, отчего я снова чуть не кончил.

Пришлось приложить палец ей к губам. Она поняла правильно и замерла, внимательно разглядывая.

Что там еще,сказала она.

Осторожные, ласковые проникновения,сказала она.

Да, мне тоже случалось поискать «анальный секс» в интернете,сказал я.

Не останавливайся,сказала она.

Блядь, как же Хорошо,сказала она.

Да,сказал просто я.

Я никогда раньше,сказала она и, конечно, она врала.

Просто поразительно,сказал я.

Особенно с учетом того, где мы это делаем,сказал я.

А вытащить сильнее можешь,сказала она.

Не рассчитывай соскочить,сказал я.

Ну что вы, я только присела,сказала она.