– Что ж, это радует. Позвольте ваши руки, мне надо сделать кое-какие измерения, - он поочередно обмерил мне запястье, толщину руки в районе локтя, немного ниже и повторил эти же процедуры с моей левой рукой.

– Опишите мне вашу невесту, будьте добры, - мягко попросил мастер меня. Я задумался:

– Ну-у... Это некромантка, шасса... Она очень красивая, необычная... Непоседливая, не любит признавать свою неправоту, - с каждым словом на моем лице ширилась мечтательная улыбка, а губы Максима расползались в улыбке ехидной, - Сильная, и не любит, когда ей указывают на то, что она женщина и должна сидеть у домашнего очага. Нежная. Местами... К врагам безжалостна, хотя к друзьям очень снисходительна... Но и по башке надавать может... для науки, ага... Совершенно наплевательски относится к себе и своему здоровью...

– Достаточно, - прервал меня ювелир, - Я догадываюсь, что это за девушка и не возьму с вас денег. Не спрашивайте, почему, все равно не отвечу.

– Но...
– начал было я, но тот мягко, но твердо продолжил:

– Я не возьму с вас денег. Идите, идите. Через два месяца я жду вас у себя.

Я поежился. Странный этот старик, очень странный. И откуда он мог знать Сай? Я вернулся к воспоминаниям о нашем славном походе в город Лангред. Город устоял...

Н-да. Мы планировали прогулять весь этот день, чтобы вкусить все блага цивилизации, включая квартал красных фонарей. Я усмехнулся. Меня жительницы этой улицы не интересовали, хотя некоторые просто поражали своей настойчивостью. Нет, я понимаю, что каждый зарабатывает деньги, как умеет, но какого... в общем, зачем они намекали мне, что обслужат бесплатно? Что это - мода такая, забесплатно... кхм-кхм?

Впрочем, потребовалось всего лишь один раз хорошенько рявкнуть, чтобы ночные феи отстали. И теперь я прогуливался по ночному городу, остро сожалея, что Саишша сейчас наверняка спит крепким сном и не может насладиться со мной свежим морозным воздухом. Постепенно зажигались разноцветные огни, город был красив, даже ночью. Создавалось впечатление, что Новый год здесь празднуют каждую ночь. Я один раз видел, как в Вифте праздновали этот праздник.

Мне тогда было двадцать четыре. Я был приятно поражен тем, что обычно достаточно мрачный город преобразился, что на улицах постоянно серебряными колокольчиками звенел смех, толпился народ, весело рассказывая, кто как изгалялся над своими елками. И старался не обращать внимание на то, что этот самый смех поспешно затихал при моем приближении, а люди расступались, образуя широкий коридор.

Довольно быстро я усвоил, что надо держать голову опущенной, чтобы не показывать свои белые глаза. Хотя и без этого моя слишком высокая и крепкая для человека фигура выделяла меня из толпы, как выделяется матерый волк среди дворняжек. Из разговоров людей я понял, что это за праздник, нахватался традиций, а потом взахлеб рассказывал Люцу и Найту об этом самом счастливом тогда для меня дне. И искреннее сожаление ребят, что их не было рядом со мной, что-то поменяло в наших отношениях. Наверное, именно тогда начала развиваться наша дружба. Это сейчас я могу сказать, что это было за странное чувство, которое почему-то заставляло сдерживать свои удары и выпады на тренировках, которое заставляло делиться своим обедом с Люцем, которого за эксперименты постоянно наказывали, которое заставило нас держаться вместе все эти годы. Тогда я просто не замечал этого. А сейчас я удивлялся, как, как могло такое чувство появиться в казематах Инквизиции, где я был постоянно окружен врагами, соперниками, такими же изгоями и выродками как я.

И как я мог влюбиться?.. Как, если всю мою жизнь из меня выдавливали чувства, выдавливали самостоятельность, вдалбливая взамен покорность и навыки боя. Как? Если меня превратили в машину смерти, безжалостную и совершенную.

Я усмехнулся и задрал голову кверху, глядя в чернильно-черное ночное небо. Пошел мелкий снег, я ловил его губами, пока меня не отпихнули с пути, грубо обматерив. Я смерил наглеца взглядом, и щуплый мужичонка с пакетом под мышкой в ужасе отшатнулся. Ухмылка растянула мои губы. Иногда мне нравится быть паладином!

Момент был испорчен, поэтому я пошел дальше, зло запахнув полы куртки. Сво... Н-да. Ну ка, ну ка, что это за личности такие, что следуют за мной уже с десять минут? Неужели слежка? Проверим...

Пройдя с десяток шагов, я нырнул в первый попавшийся переулок, затем накинул заклинание невидимости и вышел наружу, чуть не столкнувшись с одним из моих преследователей. Он огляделся, прошел вглубь тупичка, которым оказался переулок, потом достал из-за пазухи какой-то амулет в виде монетки, одетой на веревочку, сжал его и произнес:

– Докладываю. Объект свернул в переулок, где не был обнаружен. Судя по всему, объект заметил слежку. Как прикажете поступить?

– Подожди, счас поинтересуюсь, - с некоторым интересом ответили ему из амулета, - Представляешь, тут к нашему заявилась какая-то змеюка, и сидит сейчас с ним в его кабинете, запершись вот уже который час. Что они там делают, интересно?
– судя по всему, этот... нисколько не сомневался, что делает Сай с Молом.

– Гы-гы... Про доклад не забывай!
– напомнил соглядатай. Шуршание, шаги, скрип двери, какие-то голоса - не разобрать, слишком далеко, - после чего все повторяется, только в обратном порядке.

– Сказано было оставить слежку за объектом. Дословно та зеленка сказала вот что: "Пусть развлекается, я потом с него всю шкуру сдеру!" Ты там поосторожнее, ладно, Лар?

– Хорошо, Сейл, - шпион деактивировал амулет и снова спрятал его за пазуху. После чего, насвистывая, вышел из проулка и направился в неизвестном направлении. Я не стал за ним следить, так как был стопроцентно уверен, что он сначала оповестит своих "сотрудников", а потом отправится в тот самый замок.

Я снял невидимость и снова стал бесцельно слоняться по городу. Спустя полчаса я забрел в какой-то парк, уселся на скамейку и стал бесцельно смотреть на красивый фонтан, как назло, изображающий обнаженную змеелюдку, танцующую какой-то танец. Красивая была статуя, только вот моя Сай мне милее всех. И не надо мне тут говорить, что такого быть не может, что все мужики созданы для того, чтобы ходить налево и т. д. и т. п. Неправда все это. Если мужчина искренне любит, то зачем ему остальные, если у него уже есть своя идеальная женщина?