Есть люди, которые умеют говорить, но не умеют ничего сказать. Это ветряные мельницы, которые вечно машут крыльями, но никогда не летают.

Иногда необходимо нарушать правило, чтобы спасти его силу.

Когда люди, желая ссоры, не ждут её, она и не последует; когда они ждут её, не желая, она случится непременно.

Всякая истина, о которой умалчивают, становится ядовитой.

Крепкие слова не могут быть сильными доказательствами.

Человек так создан, что отдыхает от одной работы, лишь взявшись за другую.

Люди ищут себя везде, только не в себе самих.

Всякий, жаждущий славы, должен заблаговременно расстаться с почётом и освоить нелёгкое искусство – уйти вовремя.

Можно иметь большой ум и не быть умным, как можно иметь большой нос и быть лишённым обоняния.

Почести меняют нравы.

Характер – власть над самим собой, талант – власть над другими.

Голос красоты звучит тихо: он проникает только в самые чуткие уши.

Хитрость не есть ум, а только усиленная работа инстинктов, вызванная отсутствием ума.

То не потеряно, о чём не жалеют.

Человек – это величайшая скотина в мире.

Кто хочет научиться летать, тот должен сперва научиться стоять, и ходить, и бегать, и лазить, и танцевать: нельзя сразу научиться полёту!

Тот, кто живёт в стеклянном доме, не должен бы бросаться камнями в других.

Всякий раз, когда человек допускает глупость, он делает это из самых благородных побуждений.

Быть хорошим – значит жить в согласии с самим собой.

Быть эгоистом – это не значит жить, как тебе хочется. Это значит просить других, чтобы они жили так, как тебе бы хотелось.

Разумный человек приспосабливается к миру, неразумный приспосабливает мир к себе. Поэтому весь прогресс зависит только от людей неразумных.

Каждый восхваляет те добродетели, в которых ему самому нет надобности упражняться: богачи проповедуют бережливость, а бездельники красноречиво распространяются о великом значении труда.

Каждым своим неординарным поступком мы наживаем себе врага. Чтобы завоевать популярность, надо быть посредственностью.

Молитва должна оставаться без ответа, в противном случае она перестаёт быть молитвой и становится перепиской.

Мона Лиза старше скал, на фоне которых она изображена.