Короче говоря, Вагиф решил заехать в этот зал. Прикинув и так, и эдак, он пришел к выводу, что пока его никак не могли вычислить. Слишком мало прошло времени. Не доезжая немного до зала, он остановил машину и пешком добрался до него. Он не стал стучаться в дверь — время было уже позднее, — а прошел двором к продуктовому ларьку и, поднявшись на его крышу, подошел к окну, которое утром оставил открытым. Слегка нажав на стекло, он приоткрыл окно и легко соскользнул вниз, в комнату.

В комнате все было на своих местах. Нетрудно было заметить, что в его отсутствие ее никто не посещал. Быстро собрав свои вещи и аккуратно уложив в «дипломат», который презентовал ему мэтр, все свои документы, а также дискеты с копиями программ, которые он с согласия Ксении сделал еще вчера, и свой «вальтер» с глушителем, Вагиф решил не прощаясь, по-английски, исчезнуть, как вдруг услышал у своей двери голос Ксении. Подойдя к двери, он почти бесшумно открыл замок и распахнул ее. У самой двери стояла Ксения, рассматривая связку ключей. За ней стоял Женя, а в глубине зала была видна колоритная фигура Виталика.

— Привет, — несколько смутившись, произнесла Ксения и улыбнулась. — Тут вот какое дело. Нам удалось узнать, что сегодня ночью кое-кто попытается проникнуть сюда и взять дискеты. И мы решили сегодня подежурить все вместе. А к тебе в комнату решили зайти, чтобы заранее подготовить путь к отступлению, если станет слишком жарко.

— А почему ты не обратилась в милицию?

— Тогда лучше сразу к прокурору, как в том фильме. Все без толку, тут надо самим утрясать. А ты что не спишь?

— Да я только что пришел. Дела были.

Вагиф невольно заметил, что Ксения как-то по-женски подозрительно взглянула на него и отвернулась. Его почему-то так и подмывало сказать, что он действительно был по делам, а не у женщины. Потом он сам удивился своему желанию — а с чего это вдруг он должен перед ней отчитываться? Не жена небось.

— Ну, и какой у тебя план?

— Да какой может быть план? Откупиться надо.

— А деньги?

— Есть немножечко, а если не хватит, друзья помогут. Свет не без добрых людей. А ты что собираешься делать? Может, погуляешь? А то хочешь — у меня дома посиди, пока все не решится.

— Спасибо, я побуду здесь.

— Не советую, здесь может быть горячо.

— Ничего… Ты здесь станешь решать свои проблемы со всякой криминальной шпаной, а я буду сидеть у тебя дома и ждать, когда ты придешь и скажешь, что все тихо и мне можно возвращаться? Завидную роль ты мне отвела.

— А ты хочешь мне помочь, да?

— Просто сгораю от нетерпения, — в сердцах ответил Вагиф, еле сдерживаясь, чтобы не нагрубить. Злился он прекрасно понимая, что выглядит несколько странно, а настоящей причиной его не в меру эмоционального поведения является то, что Ксения ему нравится.

— Ну, тогда давай обсудим, что будем делать.

— Ничего обсуждать не надо. Как только кто-нибудь явится, ты мне дашь знак и я сам постараюсь решить все проблемы.

— Предположим, я согласна с твоим предложением. А как я тебя им представлю?

— Так и представь, как человека, решающего твои проблемы.

— Заметано. Если все кончится хорошо, с меня презент.

Лишь где-то через полчаса Женька доложил первую «военную сводку»: какие-то незнакомые типы приблизились к дверям зала, не спеша осмотрели замок и отошли куда-то в сторону. Вагиф тотчас же направился к дверям и посмотрел в небольшую щелочку. Ему удалось рассмотреть пришедших лишь со спины и то не очень хорошо, но какое-то шестое чувство ему подсказывало, что это не уголовники. Для простых рэкетиров у них слишком специфическая осанка. Хотя кто их сейчас разберет, порой разбоем стали заниматься вчерашние спортсмены и сотрудники милиции, имеющие куда более внушительную осанку. И все равно что-то Вагифу подсказывало, что это пока не те, кого они ждут. Тогда возникал вопрос: а кто эти?

Примерно около трех часов ночи в дверь постучали. Именно постучали, спокойно и уверенно. Кивнув Ксении, Вагиф прошел к двери. Сзади него расположился Виталик. Женька с куском трубы в руках притаился за большим пустым деревянным ящиком у левой стены. Открыв дверь, Вагиф сразу же отошел в сторону, направив в проем двери яркий свет фонаря.

В дверях стоял вчерашний молодой парень с мужчиной невысокого роста, опрятно и со вкусом одетым. Сзади возвышался здоровенный бугай лет двадцати пяти с невыразительным, малоподвижным лицом.

— Доброй ночи, — приветливо поздоровался мужчина проходя в зал. — Извините за столь поздний визит, но так сложились обстоятельства. С кем я могу переговорить?

— Со мной, — спокойно ответил Вагиф, зажигая свет.

Мужчина внимательно посмотрел на Вагифа и молча присел на стул, вежливо пододвинутый ему Женей.

— Я хотел бы поговорить с вами наедине, — негромко проговорил мужчина, взглянув на своего телохранителя, стоявшего сзади него. Тот, понимающе кивнув, положил правую руку на плечо парня, который их привел, и они отошли в сторону. Ксения с Женей также отошли.

— Меня тут все зовут Пал Палычем, — неторопливо начал мужчина. — Как зовут вас, я не спрашиваю, поскольку знаю ваше имя. Времени у нас в обрез, и потому посвящу его самому главному.

Его размеренная речь с несколько старомодными оборотами сразу напомнила Вагифу манеру разговаривать матерых российских «воров в законе». Именно российских и именно матерых, современные «авторитеты» или «специалисты» из других регионов обычно так не объяснялись.

— Значит, так. Сюда я заявился, конечно, не из-за каких-то игр, даже приносящих хорошие барыши, поскольку это не мой профиль. Я пришел потому, что этот хмырь поднял в округе такую вонь, что это просто не могло пройти мимо меня. А поскольку он очень красочно и надо отмстить, достаточно достоверно описывал парня, вышвырнувшего его из зала, и это описание полностью совпадало с тем, что было у меня, правда, по другому делу, то я решил навестить этого московского Робин Гуда.