Но как бы там ни было, все вещи были отменного качества и прекрасно сидели на Вагифе, однако делали его излишне солидным и респектабельным, что несколько не вязалось с его нынешним положением. Поэтому он решил посетить один из коммерческих магазинов, в котором, согласно ненавязчивой рекламе, заполонившей страницы периодических изданий столицы, можно было полностью одеться по вполне сносной цене.

Ехать пришлось в центр города. В вагоне метро, стиснутый со всех сторон людьми, Вагиф еще раз попытался проанализировать создавшуюся ситуацию. Ясно было одно: ехать сейчас к Алексею Васильевичу, даже если словоохотливый водитель рассказывал совсем о другой даче, не стоит. Надо повременить и попытаться связаться с кем-нибудь из общих друзей, а на дачу послать кого-то другого. Пусть поедет, посмотрит. Так что дело было за малым — найти человека, которого можно бы послать туда, а еще лучше — какого-нибудь подростка.

В магазине было многолюдно, хотя, по наблюдению Вагифа, большинство скорее присматривалось, чем покупало. Но были среди толпившихся у прилавков и покупатели. Невольно бросалась в глаза определенная закономерность. Всех тех, кто мог себе позволить купить что-нибудь из товаров, цена которых достигала порой нескольких месячных окладов обычного советского служащего, легко можно было разделить на две группы.

Первая группа — люди, знающие толк в вещах и покупающие неброские, но добротные и вместе с тем изящные вещи. Этих людей легко можно было выделить из толпы, у них было специфическое выражение лица. Можно было предположить, что эти люди уже давно имеют подобные вещи и сейчас их больше привлекает не процесс их приобретения, а сам факт того, что они могут их купить открыто, на виду у всех, не боясь услышать за спиной шепоток: «А откуда денежки?»

Вторая группа была куда колоритнее. Эти люди, очевидно, только совсем недавно дорвались до денег и сейчас, слегка обалдев от внезапно открывшихся перед ними возможностями, и сами толком не знают, что им надо. И потому приобретают все впрок, руководствуясь, как правило, совсем другими критериями. Им лишь бы товар был подиковиннее да этикетка поярче. Короче говоря, несмотря на высокие иены, торговля в этом магазине шла.

Походив по торговым залам, но так ничего и не присмотрев, Вагиф спустился на первый этаж и подошел к телефонам. Позвонив в зал игральных автоматов, он долго ждал, пока кто-нибудь возьмет трубку и, услышав наконец голос Жени, вдруг понял, кого лучше всего послать на дачу мэтра. Узнав, что пришел его сменщик и он может уйти, Вагиф предложил парнишке встретиться у входа в магазин. Тот сразу же согласился и сказал, что будет минут через двадцать.

До встречи с Ксенией оставалось чуть больше часа. Спустившись в подвал, где располагался кооперативный туалет, Вагиф прошел в одну из кабинок и, закрывшись, открыл «дипломат». Вытащив пачку денег и засунув ее в карман, он извлек из полиэтиленового пакета свой пистолет и, аккуратно вставив обойму, опустил его во внутренний карман пиджака. Ему порядком надоели различного рода неожиданности, и он решил, что пора уже в некотором смысле обезопасить себя.

Поднявшись снова на первый этаж и выпив в небольшом кафе чашку черного кофе, Вагиф вышел на улицу. Женька уже ждал его. Узнав, что Вагиф все никак не приоденется, он лишь усмехнулся и потащил его вверх по улице. Буквально через минуту-другую они оказались у витрины небольшого магазинчика. Пройдя внутрь, Женька оставил Вагифа одного, куда-то отлучился и вернулся с молодым парнем лет двадцати.

Поздоровавшись и спросив, что именно хочет приобрести Вагиф, молодой человек внимательно выслушал сперва Вагифа, а потом Женю, который оказался куда словоохотливее, и, кивнув головой, исчез. А еще через десять минут Вагиф, уже полностью одетый во все новое, критически осматривал себя в большом зеркале примерочной.

Темно-серый свитер из пушистой мягкой шерсти, теплые черные брюки с еле заметной светлой полоской, хорошей кожи удобные, низкие сапоги с элегантной застежкой сбоку. А в завершение теплый, удивительно легкий полушубок и роскошное кашне в тон изящным перчаткам. Кроме того, молодой человек предложил несколько комплектов белья и набор носовых платков.

Цена была хоть и непривычно большой, но куда более скромной, чем в том магазине, куда вначале зашел Вагиф. Заплатив за все и поболтав минуту с обходительным молодым человеком, так оперативно обслужившим его, Вагиф вместе с Женькой, которому он приобрел в том же магазинчике новые кроссовки, вышел на улицу.

— Женя, у меня к тебе просьба, — осторожно начал Вагиф, закуривая сигарету. — Ты не мог бы съездить по одному адресу и посмотреть, что там и как?

— Сегодня?

— Желательно сегодня.

— А куда?

Вагиф назвал ему адрес дачи Алексея Васильевича, расположенной недалеко от Москвы, в одном из ее пригородов. Дело в том, что мэтр, к удивлению многих своих коллег, отказался от полагающейся ему дачи в так называемой охраняемой дачной полосе и предпочел поселиться в обычном двухэтажном деревянном доме в нескольких десятках километров от столицы. А уж потом, в течение нескольких лет, собственноручно доводил там все «до ума», лишь изредка пользуясь услугами работающих под его началом более молодых сотрудников.

Так что Жене нетрудно было осмотреть интересующую Вагифа дачу, не привлекая к себе внимания. Но на всякий случай Вагиф его предупредил, чтобы он долго там не задерживался и ни с кем в разговоры не вступал. Чтобы только осмотрел и сразу же возвращался назад. Встретиться они договорились в зале вечером, перед самым его закрытием.

Взглянув на часы, Вагиф попрощался с Женей и поспешил в ресторан. У него оставалось менее пятнадцати минут до встречи с Ксенией. Придя за пять минут до назначенного срока, он потоптался на углу улицы, прямо напротив входа в ресторан, но ничего подозрительного не заметил, Ксения пришла вовремя. Мило улыбнувшись, она помахала ему рукой, и они прошли в небольшой вестибюль ресторана.