Обоих задержанных швырнули в крытую арестантскую повозку, предварительно отняв у них оружие и артефакты. Капрал-орк, признавший в одном их преступников брата по крови, запретил подручным злоупотреблять силой, поэтому те нехотя ограничились десятком болезненных тычков под ребра, и только. По той же причине все вещдоки – свистулька, кинжалы в ножнах, трусы и диск «медвежатника» – были свалены в холщовый мешок, а не проданы тут же местным перекупщикам за солидные деньги.

– Чувак, мы в полной заднице, – признал комдив. – И я даже знаю, по чьей вине мы провалили задание.

– Да, проклятый Рож достал нас и в Подтеменье, чтоб ему похудеть!

– Я вообще-то о тебе толкую. – Зак был чрезвычайно раздосадован. Выглядел он так, словно готов поколотить соратника, и лишь связанные за спиной руки мешают ему претворить мечту в жизнь. – Это была дурацкая идея, тащиться в Самат без нашего отряда, через какой-то Насром забытый портал! И что теперь прикажешь делать? I don't understand this fucking shit! Будем батрачить сто лет на каменоломне, пока не сдохнем? А я только было увидел свет в тоннеле, настоящие «живые» трусы прикупил…

– Если бы мы сюда не попали, ты их вообще мог никогда не заиметь, – внес поправку Федор.

– Да плевать на трусы, как выбираться-то будем, камрад?

– Сволочь Рож, попадись он только мне, – запоздало посетовал Стволов. Ответить соратнику по существу ему было нечем.

Онемение в теле, вызванное парализующим разрядом, постепенно отступало. Тележка под управлением возницы на тягловом черве довольно споро катилась по улочкам Самата, подпрыгивая на брусчатке и поскрипывая. Пара огров поспешала тут же – остальные продолжили патрулирование.

Город становился все темнее, домишки все приземистее, пока наконец и вовсе не пропали, сменившись отвалами пустой породы, бараками и черными ямами неизвестной глубины. Затем света вдруг стало намного больше. Послышались глухие далекие удары, словно что-то вгрызалось с яростью в само чрево матушки-Земли. Потянуло копченым угольным духом.

– Эй, моховики, выгружайся! – приказал огр и распахнул клеть. – Отдохнули!

Они оказались далеко не первыми арестантами. Сегодняшняя облава была удачной – к высокой колючей ограде с трех сторон подкатывали такие же повозки с преступниками. Не меньше трех десятков врагов общества в буквальном смысле попалось нынче в сети правосудия. Часть уже провели через КПП между высокими светящимися кристаллами, остатки толпились на входе.

– Матерь Грязь, это что же такое? – пробормотал Зак, вглядываясь через резкий свет «лампионов».

В десятке метров от входа начинался крутой подъем в гору, сплошь усеянную либо черными провалами ходов, либо решетками. Бугристый склон был часто истыкан источниками света и круто задирался ввысь, зримо достигая самого неба в редких, но крупных, льющих холодное сияние «звездах». Слева и справа краев этой тюрьмы-горы не просматривалось.

Позади, в сотне локтей видна была неплохо освещенная улица и глухая стена с острыми медными конусами по верху. За ней виднелся яркий купол базилики.

– Добро пожаловать в Скалу, – дружелюбно хохотнул охранник и ткнул Федора жезлом в спину, подталкивая к другим неудачникам. – Пропишетесь лет на сто…

Оформление новых «постояльцев» Скалы не заняло много времени. При них переписали пожитки, – местный капрал завистливо повертел их и с заметным сожалением вернул в мешок, – зафиксировали имена, повязали на голени бирки, после чего провели узким ходом в глубину горы и на шахтерской клети в группе таких же изгоев подняли куда-то очень высоко.

У Скалы, очевидно, была довольно сложная инфраструктура. По всему ее объему располагались не только камеры для заключенных или подследственных, пыточные, карцеры, но и спортзалы для стражников, и пищевые блоки, и технические помещения, и прогулочные площадки, не говоря уж о чисто полицейских кабинетах и службах. Очевидно, тут сходились все функции Самата по охране общественного порядка. Казарма для стражников и крошечная кутузка в Шиндилрине, да и сам этот городишко на задворках Подтеменья теперь представлялись смехотворными.

Федора с Заком поместили, похоже, под самой крышей тюрьмы. В блоке с одной открытой караулкой, из которой просматривались все зарешеченные камеры.

Все сидельцы в блоке были новичками из свежепойманных. Они не успели освоиться, трясли решетки и перекрикивались с соседями – не поняли еще, что впереди у них долгие годы бездействия, и можно предаться размышлениям о сути вещей. Дежурный огр не успевал давать первые наставления подопечным, беспрерывно орал и применял дубинку.

Федора и Зака грубовато втолкнули в камеру, загремел засов, шаги конвоиров затихли за поворотом. Золотоискатели прямиком направились к нарам и стали в упор рассматривать сокамерников.