— Я не из органов, — произнесла я, усаживаясь к столику и закуривая.

— Вот как? — Жанна приподняла одну бровь. При ее скупой мимике это, должно быть, означало крайнюю степень удивления. — Тогда откуда?

— Сама по себе.

— Тебя кто-то нанял? — продолжала расспросы Жанна Юркевич.

— Да.

— Кто?

— А как вы сами думаете? — поинтересовалась я. — Если вы смогли меня вычислить, то наверняка сможете и правильно угадать.

— Вдова?

Я кивнула.

Жанна заметно расслабилась. Заметно для меня — на самом деле всего-навсего исчезла напряженная складка в уголках ее рта.

— Тогда это не страшно, — произнесла она, как бы разговаривая сама с собой.

— Как вы меня раскрыли?

— Случайно, — так же тихо отозвалась Жанна. — Я каждый день просматриваю эту пленку. Когда Довженко был здесь в последний раз.

— Ах вот оно что!

— Да-да, камеры фиксируют всех, — пояснила Жанна. — На всякий случай. Пленки уничтожаются через месяц. Пока что не было случая, чтобы эта система себя оправдала. И вот он появился. Выходит, я была права, когда настаивала, чтобы установили камеры.

— Выходит, что так, — вздохнула я. — Да, я не стану скрывать, именно я действительно сопровождала в тот день вашего мужа.

Жанна приподняла вторую бровь. Право, выдержка этой женщины вызывала уважение.

— Так вам и об этом известно? — бесстрастно произнесла она.

Снова смерив меня взглядом, Жанна Юркевич на секунду задумалась и, кивнув своим мыслям, легонько прихлопнула ладонью по ручке кресла.

— Ну да, конечно, — произнесла она. — Я видела вас на похоронах.

— Совершенно верно, — подтвердила я. — Вы были в тот день неотразимы.

— Вы полагаете? — рассеянно переспросила Жанна. — Впрочем, вернемся к нашим баранам. Да-да, иначе я не могла бы назвать своего бывшего муженька. Говорят, что о покойниках — либо хорошо, либо ничего. Дурацкая пословица, как по-вашему?

Углубившись в свои мысли, Жанна молча сидела напротив меня. Ее лицо походило на античную маску — бледное, спокойное, зловещее.

— Василий был законченным идиотом, — произнесла она вполголоса.

Жанна Юркевич, казалось, впала в полусон, гипнотическое состояние, в котором перед нею представали образы недавнего прошлого.

— Он думал, что жизнь — это купи-продай, что силу дает только близость к власти, — продолжала она свой монолог. — Он не знал, что существует другой мир, полный красок и звуков, мир цельных, способных на риск людей, которые сами строят свою жизнь.

— Вы имеете в виду…

— Да, Юркевича, — кивнула Жанна. — Не могу не отметить, что вы на редкость хорошо осведомлены. Впрочем, что вы о нем можете знать? Мошенник, бандит, мафиози… Все это только слова…

Она снова замолчала, уставившись перед собой в одну точку.

Проследив направление ее взгляда, я сделала вывод, что не так уж не права в своей гипотезе относительно гипнотического состояния — Жанна смотрела на отблеск лампы в умывальнике — размытую светящуюся точку. Если долго таращиться на такое, то действительно можно впасть в транс. Особенно если принимаешь наркотики.

— Впрочем, это к делу не относится, — вернулась она к реальности. — Так вы тут, значит, в роли Шерлока Холмса? Занятно, очень занятно. Вы смелая женщина, Женя! Кстати, вас действительно так зовут?

— Конечно, — отозвалась я. — А если говорить о деле, то ответьте мне сразу на такой вопрос: вы знаете, что было в коробке, которую Челищев передал Довженко? Это была видеокассета?

— Разумеется, — подтвердила Жанна. — Этих коробок тут… Ну, вы сами видите.

— Очень вкусное печенье, — похвалила я испанцев. — А почему именно Челищев?

— Толя отвечает у нас за общую координацию, — пояснила Жанна. — Когда Нора решила свалить, то бывала тут довольно редко. Вот и попросила передать для Довженко запись одного… действа.

— Вы имеете представление о том, что именно было запечатлено на кассете?

— Полагаю, что это тот самый скандальный розовый секс с Ольгой, после которого Нора имела довольно неприятный разговор в милиции, — ответила Жанна. — Только не просите меня снова вам все пересказывать, Эмма вам все вполне адекватно изложила.

Заметив удивление на моем лице, Жанна не без удовольствия проговорила:

— Да-да, я слушала ваш разговор. А как вы думали? Новый человек все-таки… У нас не только с видеоаппаратурой полный порядок.