– Руки мыли? – отбивался Дрын. Наконец вырвался, шмякнул кепку оземь и заорал, раскинув грабли во всю ширь: – Чуваки! Последний раз угощаю! За мной!!

Мэлс с парнями подняли его себе на плечи и торжественно понесли по Броду, распугивая зевак.

– Товарищи! – возвышаясь над улицей, орал Дрын. – Да здравствуют Советские Вооруженные силы, самые вооруженные из всех вооруженных, надежный оплот, об пол и об лоб! Ура, товарищи!..

Нолик отошел в сторону. Вдруг выхватил наметанным взглядом безликого человека в сером пальто, приближающегося к нему в толпе. Он быстро повернулся и двинулся за стилягами. И тут же увидел еще одно серое пальто навстречу.

– Чувачок, подержи на секунду, – сунул он пакет в руки Бобу. – Я сейчас… – И юркнул в подворотню.

– Э-э… – успел только сказать тот. Неуверенно глянул вслед своим.

– Ты чего застрял? – крикнула Бетси.

– Сейчас догоню, – махнул Боб и остался стоять, озираясь по сторонам, дожидаясь Нолика.

Двое в сером схватили его за руки.

– Понятые, сюда! – они выхватили пакет и вытряхнули на асфальт пестрые пакетики жвачки.

– Это не мое… – начал было Боб.

Его тотчас, как гончие отбившегося от стаи волка, окружили плотным кольцом прохожие.

– Конечно, не его! В руках держит – не его!

– Я свидетель! Я все видел! Товарищи милиционеры, меня в свидетели запишите!

– Там тебя оденут по-человечески!

Боб растерянно смотрел на искаженные ненавистью лица вокруг…

…Милицейский «козлик» проехал мимо торжественной процессии стиляг. Боб замахал руками, заколотил в зарешеченное заднее окно. Потом бессильно привалился лбом к стеклу, глядя на друзей – исчезающий вдали цветной островок в темно-синей толпе…

Бетси запрыгнула в троллейбус, встала на задней площадке, опершись на поручень, тоскливо глядя в окно.

Вокруг нее в переполненном троллейбусе тотчас образовалось свободное пространство, пассажиры расступились, неприязненно разглядывая ее наряд.

– Вырядилась, как чучело огородное! – начала тетка с авоськами.

– Как совести-то хватает на улицу выходить! А еще девушка!

– Совсем бы уж юбку сняла! – вступил мужик. – Чего уж там прятать-то – и так все наружу!

Бетси перевела взгляд на него. Как обычно, загадочно улыбнулась, состроила глазки – и вдруг, как кошка, молча метнулась к нему и вцепилась когтями в лицо. Мужик заорал, пытаясь оторвать ее от себя, на задней площадке началась свалка, крик и женский визг.

Троллейбус резко затормозил, открылись двери, и два милиционера, расталкивая людей, ворвались в салон…

В комнате Мэлса на растянутых крест-накрест веревках сушились распашонки, посередине стоял манеж с погремушками.

Раздался ритмичный, синкопой стук в дверь. Мэлс открыл – и вдруг радостно заорал, раскинув руки. Фред переступил через порог, они орали на два голоса, глядя друг на друга смеющимися глазами, потом ритуально ударились кулаком, грудью и обнялись.

– Мэл, ты с ума сошел? – выглянула из второй комнаты Полина.

– Польза! Здравствуй, чувишка! – Фред бесцеременно сгреб ее в охапку.

– Да тише ты, ребенок спит! – Полина расцеловалась с ним. – Давно приехал?

– Только чемоданы распаковал. Первый официальный визит… А тебе идет, – потрепал он ее по чуть отросшим волосам.

– Ну, как Запад? – спросил Мэлс. – Загнивает?

– Загнивает, – скорбно подтвердил Фред. – Но хорошо пахнет!.. Польза, это тебе с бэбиком! – он вывалил на стол яркие диснеевские игрушки, соски, бутылки. – Как назвали-то?

– Ваня.

– Хорошее имя, – одобрил Фред. – Политически грамотное… Последнее достижение империалистов, – показал он бутылочку. – Непроливашка. Как ни крути… – продемонстрировал он.

– Да что ты ему показываешь, – засмеялась Полина. – Он не знает, с какой стороны соска надевается.

– Понимаешь, Фред, – пояснил Мэлс, – она считала, что при равноправии мужчин и женщин я тоже должен кормить грудью.

Полина шутливо толкнула его плечом.

– А как твоя правоверная? – спросила она.

Фред только безнадежно махнул рукой:

– Шаг в сторону – побег, прыжок на месте – провокация. Не будем о страшном.

– Извини, Фред, – Полина виновато улыбнулась. – Я правда ужасно рада, честное слово… Просто с ног падаю, не соображаю уже ничего. Он две ночи не спал… Вы сидите, я потом приготовлю что-нибудь.

– Да ладно, у хорошего дипломата все с собой! – Фред кивнул на вторую сумку.

Он проводил Полину взглядом.

– Изменилась…

– Изменишься тут.

– С тещей не контачите?