Клэр побежала к катафалку Евы и принялась рыться в сумке в поиске ключей.

Она редко водила его, но это не могло быть сложнее, чем чудовищный автомобиль Шейна; он больше походил на океанский лайнер, со всеми проблемами на поворотах. Клэр завела двигатель и сделала супер-большой разворот на почти пустой стоянке, направляясь к улице. Она сделала паузу, чтобы просто проверить направление, когда слишком близко у уха голос сказал:

– Так куда мы теперь едем?

Мирнин. Она обрела контроль над собой после первого неконтролируемого приступа шока и повернулась, чтобы посмотреть на него. Он склонился над её сиденьем, прижав к нему щеки, и в глазах отражались красные огни приборной панели.

– Не мог бы ты сидеть сложа руки?
– Сказала она, как только снова обрела контроль над голосом, хотя он все-таки был повышенным.
– Я от страха потеряла десять лет жизни.

– Только десять? Я теряю хватку.

– Что ты здесь делаешь?

– Прячусь, - сказал он.
– Ты, возможно, заметила, что Фэллон завел парочку человеческих гончих для охоты на вампиров. К сожалению, некоторое время у них был мой запах. Я думаю, что оторвался от них, но будет мудро залечь на дно на какое-то время. Ты знаешь, я умный как лиса.

– И сумасшедший тоже, - сказала она.
– Где Дженна?

– Ушла домой, - сказал он.
– Она отвезла меня в лабораторию, но я нашел её в менее безопасном состоянии. Хотя я забрал то, что было нужно.
– Он рассеянно похлопал ком под рубашкой.
– Я надеялся, что ты попадешься на моем пути.

– Я отслеживаю Фэллона. Думаю, он повез Еву в торговый центр.

– Ах. Тогда все идеально. Все будет нормально. Продолжай.
– Он откинулся на спинку сиденья, как будто она была его личным водителем лимузина, что заставило её скрипнуть зубами, но за минуту она сконцентрировалась на вождении, пока снова не заметила в поле зрения задние огни Фэллона. Он, казалось, действительно направлялся к торговому центру Горький Залив.

Она сказала:

– Фэллон считает, что у него есть лекарство от вампиризма. Ты об этом что-нибудь слышал?

– О да, - ответил он.
– Я знаю все о Фэллоне и его ошибочном стремлении стать нашим спасителем раз и навсегда. Это никогда не работало. Это никогда не будет работать.

– У тебя есть план?

– Да. Я планирую убить Фэллона и уничтожить все, что он построил.

– Шейн сказал бы, что это цель, а не план. Как именно ты собираешься это сделать?

– Клыки в его горле, - сказал Мирнин.
– Чтобы наверняка. Я собираюсь получить огромное удовольствие, выпив человека до последней капли. Снова.

– Снова?
– Клэр нажала на тормоз и остановилась, глядя на Мирнина в зеркало заднего вида.
– О чем ты говоришь?

Мирнин перелез через сиденье и плюхнулся на переднее рядом с ней. Он суетился со своей одеждой - по прежнему неподходящей конечно же - и наконец сказал:

 - Фэллон, конечно. Я убил его однажды. Я сделал его вампиром двести лет назад или больше - трудно быть точным в таких вещах. Я даже тогда не сильно волновался о нем. Он был немного мрачным и болезненным, но... что ж, обстоятельства сложились иначе. Давай просто закроем эту тему.

– Он не вампир!

– Ну, очевидно, не сейчас. Но безусловно был. Не любил жизнь, которую я ему дал. Думал, что он был лучше, чем остальные.
– Мирнин пожал плечами.
– Может, он был прав. Но дело в том, что все время, что я дал ему, он посвятил тому, чтобы найти способ повернуть процесс вспять и сделать себя снова человеком.

– И нашел, - сказала Клэр.
– Он вылечил себя. Это то лечение, которое он хочет дать Майклу.

– Я бы не назвал это лекарством, - сказал Мирнин.
– Он просто больше не зависит от крови.

– Тогда от чего он зависит?

– Как и любой из вас. Воздух, вода, еда, доброта случайных незнакомцев.
– Мирнин вздрогнул, и казалось по-настоящему.
– Я бы лучше зависел от крови. Гораздо проще и легче добыть во времена хаоса. Никакого рациона, только кровь. И очень часто её легко жертвуют.

– Но он... он человек.

– Ну да. Сердцебиение и тому подобное.

– Он все еще бессмертен?

– Никто не бессмертен.
– Мирнин звучал вполне серьезно, когда это сказал, и он отвернулся, смотря в окно.
– Даже вампиры. Мы так же уязвимы, как и люди. Только боги и демоны бессмертны, и мы не они, хотя нас называют и теми, и другими.

– Я имею ввиду... он сейчас стареет?

– Да. В тот момент, как он отказался от своей вампирской природы, он снова начал медленное шествие к смерти. Я думаю, что после всего этого времени с неподвижным сердцем он думает о каждом ударе как тиканьи его смертных часов. Я бы так думал.

– Как он это сделал?

– Я не знаю, - сказал Мирнин. Он казался спокойным и вдумчивым и положил голову на одну руку, продолжая любоваться ночью.
– У меня действительно нет никакой идеи. Он отчаянно пытался найти лекарство, когда я уже сбился со счета. Он использовал врачей, ученых, даже колдунов, чтобы попытаться сломать то, что он видел как проклятие. Пока я снова не встретил его здесь, я бы поклялся, что такое совершенно невозможно. Еще многое предстоит узнать о мире, как оказалось. Проблема в том, что некоторые уроки очень, очень неприятны, Клэр. Я надеюсь, что это не один из них, но я очень боюсь, что это так.