Шрифт:
И вот повозки были готовы. Разморенные танцами, вином и свежим воздухом, служанки, музыканты и жонглёры заняли свои места.
Беатрисса в последний раз прошлась по поляне в окружении камеристок, которые только и мечтали о тёплой постели в Шальмоне. Она любила эту поляну, с ней были связаны многие воспоминания…
Младший конюший подвёл к графине её белоснежную лошадь и, подставив руки под стремя, помог взобраться в седло. Её примеру последовала камеристки, взбираясь в сёдла при помощи охотников и егерей.
От внимания Беатриссы не ускользнуло, что одна из её камеристок явно не равнодушна к молодому охотнику, одежду которого украшало изображение кабана [42] и звезды, означавшее принадлежность к одному из здешних баронских родов.
Невольно графиня обратила внимание на влюблённую парочку, в тот самый момент, когда охотник усаживал свою Даму сердца в седло. Они обменялись многозначительными взглядами. Беатрисса не сомневалась: эту ночь камеристка и охотник проведут вместе…
42
Кабан на гербе означал мужество и неустрашимость.
Внезапно на неё накатила печаль. Она вспомнила тот день, когда впервые увидела графа де Мюлуза, который стал впоследствии её мужем. И молодого рыцаря, к которому она питала самые нежные чувства, состоявшего на службе её отца. Увы, но предмет её страсти был четвёртым сыном в семье и посему не мог претендовать на руку и сердце прекрасной Беатриссы де Шальмон.
…Виконт наблюдал за сборами на поляне из своего укрытия. Убедившись, что кортеж направился обратно к замку, он отвязал лошадь, вывел её на одну из едва заметных лесных тропинок и в сгущавшихся сумерках добрался до ближайшего селения.
Старосту-виллана не удивило столь позднее появление виконта в его скромном жилище. Он давно привык к причудам господ и старался не задавать лишних вопросов. Жена виллана собрала на стол. Виконт отужинал простой крестьянской пищей и насытившись, сказал хозяину:
– Мне нужны лестницы.
Виллан кивнул.
– Я помню, господин. Они стоят около дома…
– Дай мне двух людей! – тоном, не терпящим возражений, попросил виконт.
– Это можно, ваша милость… – спокойно согласился виллан. Но всё же не удержался и спросил: – Вы что крепость штурмовать собрались?
Кровь прилила к лицу Анри. Он схватился за навершие меча:
– Не твоё дело! Делай, что приказано!
Виллан хмыкнул.
– Воля ваша, господин. Да только на здешних землях хозяйка – Её Сиятельство графиня де Мюлуз…
Виконт вскочил из-за стола.
– И что?! – в бешенстве возопил он.
– Не нравится мне ваша затея, господин… – ответил виллан.
– Не твоя забота! – гаркнул виконт, порылся в напоясном кошельке и бросил хозяину две серебряные монеты.
Тот внимательно воззрился на монеты, сгрёб их ладонью со стола и сказал:
– Если вам угодно веселиться – ваше дело. Но ежели Её Сиятельство спросит меня о лестницах…
– Не спросит! Ей это ни к чему! – заверил виконт.
– Хорошо, коли так… Тогда дам вам в помощь своих сыновей.
…Виконт, верхом на лошади, подле него – сыновья виллана, нагруженные тяжёлой ношей, ибо лестницы были длинными и добротными, покинули селение. Уханье совы и отдалённый вой волков заставили юношей содрогнуться. Они мысленно помолились и ускорили шаг, едва успевая за всадником.
Вскоре они достигли Шальмона. Скудный свет луны освещал замок. Виконт спешился, прошёлся вдоль сухого рва – преодолеть его труда не составит.
Сухой ров от стен замка отделяло примерно два туаза. Деревянные палисады, в качестве дополнительной линии обороны, окружали сторожевые башни. В случае необходимости за ними могли укрыться лучники и контролировать подступы к замку. В каждой башне имелась небольшая дверь, к которой вела деревянная лестница, дабы в случае необходимости лучники могли оставить палисады и укрыться в башне, прихватив с собой лестницы.
– Вяжите лестницы между собой верёвками и перекидывайте через ров, – приказал виконт.
Сыновья виллана переглянулись. Им вовсе не нравилась сия затея: и зачем только отец согласился помогать этому полоумному виконту? Теперь жди неприятностей от графини…
Они промолчали и приступили к работе, скручивая между собой концы лестниц верёвками, дабы получилась одна длинная, которую можно перебросить через ров, а затем приставить к замковой стене и взобраться на неё.
– Что он задумал?.. – едва слышно спросил младший сын виллана, которому было лет пятнадцать.