— Ого! — сказали мы хором, когда увидели это.

Перед нами висел воздушный шар, который отлетел, открыв нам вид на город, внешне очень похожий на тот, что у подножия Адама, только разрушенный. Дома, дороги, улицы и кварталы, разорванные на куски, парили рядом, а на вершине холма стоял собор, откуда я и ощущал самые сильные эмоции, а так же колокольня на соборе светилась синим светом.

— Нам туда, — город представлял собой жутковатое место из целой свалки мыслей и эмоций. Я почувствовал Еву и того кто в соборе, только потому что их эмоции самые мощные и яркие во всем этом хаосе. — Предлагаю сначала вернуть Семя, а потом решим?

— Согласна, — буркнула она.

Делать было нечего, я не доверяю ей, но ее силы нам могут пригодиться. Так что разборки перенесем на потом.

Мы двинулись вперед с ромашки, вступили на лестницу и пошли по ней. Идти оказалось совсем не сложно, даже когда лестница сделала мертвую петлю, спираль и другие трюки. Мы шли, будто она и была гравитацией. Но вскоре лестница кончилась, и пришлось прыгать по воздушным шарикам. Этот мир такой странный. Будто мы в стране чудес или чьем-то сне. Безумие какое-то. Но мне почему-то нравится.

Тут все будто было живым и делалось с фантазией и смыслом. Каждая вещь была создана весьма аккуратно и, как бы сказать, с определенной целью. Все создание тут имело смысл. Лестница показывала глупости гравитации, шарики на которых мы прыгали, будто старались развеселить нас своим видом. А уж когда мы добрались до огромного пианино, я не смог удержаться и не поиграть чуть-чуть. Это место веселое, тут все пропитано азартом и тоской.

За полчаса пути, по этому странному месту, мы достигли города. Стены были разрушены и парили рядом с вратами. Вот только ворот не было, а путь нам преграждал бюст Паллады. Огромный. Обойти его я даже не знал как.

— НЕ-Е-ВЕ-Е-Е-Р-Р-Р-Р-МО-О-О-Р-Р-Р! — прогремело на всю округу. Я увидел, как собор взорвался синим пламенем, став исполинским костром. А затем огненная птица устремился к нам. Тот неизвестный, что находился в соборе, приближался.

Мы отскочили, когда птица врезалась в бюст и окутала его пламенем. А затем из огня поднялся гигантский ворон. Его черные перья отливали синевой, а глаза его светились разными цветами. Левый глаз голубым, а правый зеленым пламенем.

— КА-А-А-А-Р-Р-Р-Р-Р! — прокричала птица, а затем закрутилась в урагане лазурного пламени, чтобы через секунду стать человеком… — Хихикс!

Человеком это сильно сказано, скорее почти человек. Перед нами стоял парень примерно моего возраста, среднего роста. Черные волосы были длиной до пояса и торчали в разные стороны. Разные глаза смотрели на нас, и в них чувствовалось странное безумие. Привлекательное лицо, портилась только большим шрамом на левой стороне лица, полоса пересекала левый голубой глаз с вертикальным зрачком, и щеку. Острые уши не походили на эльфийские, были чуть более широкими и закругленными.

Одет он был по-восточному. Красное кимоно, черные штаны хакама, а на плечах висел черный плащ с золотыми краями. Но самое необычное было в его ногах. Его ступни были птичьими, острыми когтями, которые впивались в эту статую Афины Паллады.

Улыбнувшись, он обнажил острые зубы.

— Хихикс, пр-р-ривет, — он осмотрел нас. — У меня гости… Я так р-р-р-рад этому, — он слегка поклонился. — Вам нр-р-р-р-авится это место? — спросил он.

— Да, — честно ответил я. — Морроу Винд, — представился я.

— Пр-р-р-р-риятно познакомиться, — он еще шире улыбнулся. А затем исчез, чтобы оказаться позади нас. — Я Демон Вор-р-р-рон Неве-р-р-рмор-р-р-, великий Кар-р-расу Тенгу и Звер-р-р-робог снов! — вновь исчез, и оказался рядом с Алисой. — А вы кто есть?

— Алиса, — ответила девушка, чуть отшатнувшись.

— Как мило. А вы? — он посмотрел на Тию. — Мать моя женщина, вот это арбузы! — вскрикнул он, смотря на костюмчик девушки. — Выходи за меня богиня!

— Че?! — отскочила Тия, прикрывая грудь.

— Эй, а где картавость?! — офигел я.

— Хихикс, — он почесал затылок. — Я просто пошутил, ха-ха-ха-ха-ха! — он теперь улыбался менее жутко, и даже его внешний вид немного смягчился. А затем его волосы начали шевелиться и заплелись в длинную косу, а на левый глаз легла челка, которая скрыла шрам. Так он стал казаться менее страшным и даже слегка милым. — Да не волнуйся, я пошутил, — обратился он к Тие. — У меня четыре жены, если я даже посмотрю хоть на какую-либо другую девушку, меня порвут четыре разъярённые фурии.

— И где они?

— Ну, я своих жен уже лет триста не видел, загулял я что-то.

— Ничего себе загулял, — от этого типа я все больше офигиваю. — Думаю, ты труп.

— Хихикс, — это все что он ответил. — А вы забавные ребята. Я рад, что моя книга попала в лапы к тебе. С тобой было интересно, особенно смотреть, как ты выживаешь. К тому же ты до жути интересный, — он приблизился и усмехнулся. А затем вновь исчез и появился на голове Афины, присел, легко снял свою голову с плеч и начал подкидывать ее. — Ты вампир, но при этом не являешься Рабом Крови. Удивительно.