– А может, он не наружу, а внутрь открывается?
– вслух подумал я.
– Мы же всегда его наружу тянем.

Киборг легонько "стукнул" по лючку гравитационным импульсом. Лючок содрогнулся, из образовавшейся небольшой шели полетела мелкая пыль. При дальнейшем воздействии с некоторой натугой и вибрацией кусочек поверхности контейнера пошел вниз, но только до определенного предела. Отпустили - встал на место. И ничего происходить не пожелало.

– Давай его верти, - сказал Саныч.
– Может, он как в том кубике Рубика или на какой-нибудь хитрой резьбе.

– Ты кого вертеть предлагаешь, лючок?
– спросил я.

– Ага, - довольно ответил Саныч.

– Не Саныч, не вариант, - сказал я.
– А вот про "вертеть" идея хорошая. Если рассматривать вот эти элементы узора, как направляющие, то по ним кусок ящика вполне можно свернуть. Тащим второго киборга.

Попробовали, не пошел. А вот когда утопили и сдвинули сам лючок, он скользнул в нижней точке в боковой паз, открывая часть ниши под собой. В нише из такого же, как ящик, материала находилось одинокое треугольное углубление.

– Во, блин, туда что, треугольные пятаки кидать нужно?
– сказал Саныч.
– Это что, лохотронный аппарат нам подсунули?

– Саныч, либо это дырка для ключа, либо одно из двух, - сказал я.
– Давай внутри дырку осмотрим.

Киборг ввел в дырку щуп, если это и была дырка, то для какого-то электронного ключа. На торцах граней треугольника было несколько прозрачных окошек, похожих на кварц.

– Так, это по моей части, - сказала Светлана.
– Взлом простейших систем безопасности - первое хобби МИ.

Около получаса мы с Санычем тупо наблюдали, как киборг под руководством Светланы совал в дырку для треугольных пятаков различного вида щупы, линзы и контакторные группы. Потом мы, плюнув на это дело, включились в симулятор боя на "Ботанике" с тремя штурмовиками вольдов. Светлана справилась часа за два. Труднее всего было определить, чем вводится кодировка. Оказалось, что за безопасность ящика отвечали банальные ультрафиолетовые сенсоры. Подать на них сигнал нужно было в определенные места с определенной частотой вспышек. После этого открылся лючок в торце, за которым оказалась большая контактная шина с множеством прозрачных окошек и пазов для подсоединения каких-то устройств.

– Ну, это вообще финиш, - сказал Саныч.
– Если с треугольной дыркой возились два часа, то тут на год работы.

– Проверим, - отозвалась Светлана.
– Может оказаться не так уж и трудно. Нужен четкий канал.

Наша домомучительница выгнала на работу еще одного киборга. Все три киборга объединились какими-то шинами-хвостиками в одно целое и вытянули к устройству массу щупов-прутиков. В результате, все окошки через киборгов оказались подключены к МИ "Ботаника". Мы уже было собрались продолжить наш виртуальный бой, как Светлана сказала: "Готово к активации". Предвкушая тайну, группа энтузиастов-кладоискателей обратилась в зрение.

– Контакторная группа, судя по всему, предназначена для управления устройством, - начала Светлана.
– Что это за устройство я пока определенно сказать не могу. Что-то очень похожее на медицинский блок со странной системой настройки, как будто не лечить предназначено, а конструировать что-то, возможно живое. Управляющие сигналы простые, не защищены никакими кодами. Все на световом проводнике. Сигнал активации устройства я подобрала сразу. Не могу сказать того же и об остальном устройстве, находящемся внутри контейнера. В находящееся там устройство, возможно, вставлены зачатки МИ, пока не активного.

– Светик, ты хоть резинку надень какую-нибудь, - съехидничал Саныч.
– А то мало ли чего... Подхватишь какую модную болезнь.

– Саныч, ты опять за свое, - ответил я.
– Вроде дело серьезное!

– Предупреждение не лишнее, - сказала Светлана.
– Я объединила киборгов в общую систему, внеся в нее примитивнейший МИ, полностью подконтрольный мне. В случае проблем, удар примет он, а я смогу либо включиться в борьбу, либо просто отбросить его поддержку, после этого МИ активирует программу собственного коллапса.

– Тогда поехали!
– хмыкнул Саныч.
– Где наши пиастры!

– А если там кто-то живой?
– пришла мне в голову мысль.
– Угробим же долгожителя.

– На борт не пущу, - отрезала Светлана.
– Да и нет данных по возможной атмосфере. Так что лучше быстро закроем, когда убедимся, что внутри ничего опасного для корабля.

Корабельная вредина подала сигнал. Обшивка контейнера треснула, выйдя из небольших пазов в стороны, и ящик визуально разделился на три части. В пазы вылетели небольшие облачка какого-то газа и капли жидкостей. Крайние части повернулись на 90 градусов вокруг оси. Части встали в старые пазы и контейнер начал раскрываться как чемоданчик механика, отъезжая ярусами пирамиды наверх и наружу. Во время данных манипуляций киборги оставались на месте. Часть, в которой находилась контактная группа, осталась неподвижной на оси контейнера с небольшим кусочком боковой стенки. Контейнер открылся так, что верх пирамидки, то есть дно было к нам, а открытая часть от нас.