"Броня" висела на силовой "вешалке". Со стороны она была похожа на странного паука. Цвет имела темно синий, сдобренный скупыми отблесками освещения. Саныч походил вокруг, поцокал языком, но тронуть так и не решился.

– Уже пробовали?
– поинтересовался он.

– Нет, конечно, - усмехнулся я.
– Ты разве не видишь, что она не для человека сделана?

– Ну, мало ли, - пожал плечами Саныч.
– Светик говорила, что она имеет какой-то вариант подгонки, ну как наши десантники.

– Ну, так попробуй, - усмехнулся я.

– Воздержусь пока, - слегка нахмурился Саныч.
– Еще памятны последние события.

– Ну, тогда мне придется, - я плюнул на палубу, шагнув к "броне".

– Ты не горячись, Серега, - примирительно сказал Саныч.
– Изучим, попробуем.

– Капитан, не стоит, - сказала Светлана, пришедшая с нами.
– Мы еще не закончили.

– Все равно попробую, - сказал я, кладя руку на "броню".
– Скорее всего, ничего и не выйдет.

Поверхность иномирного костюмчика оказалась приятной наощупь. От моего касания по руке пошла легкая волна тепла. Уже не сомневаясь, я стянул комбез и, присев, подхватил чужую одежку на плечи. "Броня" оказалась не просто тяжелой, а очень тяжелой. Присев под ее тяжестью, я тихо выругался от натуги, когда Светлана убрала силовую "полку". Борясь с приличным весом, я не уловил момента, когда чужая одежка начала со мной контактировать. Лишь когда по плечам и шее поползла отчетливая волна тепла, я внимательно прислушался к ощущениям. Но, дойдя до затылка, чужое тепло резко отпрянуло назад.

– Не принял, - подумал я.
– Жаль! Хочу такую броню! Вы же дали мне управлять пультом!

Слегка покачиваясь под тяжестью, я ждал, тепло не ушло совсем, но и не распространялось дальше.

– Ты чего замер?
– спросил Саныч.
– Давай я возьму, вижу, что тяжело.

Я лишь помотал головой из стороны в сторону. Саныч замолчал. Почти не дыша, я замер и очень боялся потерять остаточный контакт.

– Ну же! Давай, родимый!
– думал я.
– Мы с тобой одной крови - ты и я.

Секунд пять-шесть ничего не происходило, потом теплая волна опять пошла по телу. Я облегченно вздохнул. Даже сил прибавилось. Тепло дошло до затылка, да там и остановилось, но в отличие от первого раза продолжило свое шествие по телу вниз. Дойдя до ступней, волна опять замерла, и "броня" пришла в движение. Бояться было поздно, хоть я и не был уверен в успехе мероприятия полностью. На сколько возможно, я постарался расслабиться под тяжестью экзотической одёжки. Теплая волна "брони" текла по телу, постепенно обхватывая его и принимая новую форму. Лишние конечности охватили мой торс, окончательно слившись с целым на животе. Через минуту все закончилось, открытой осталась лишь голова. Вес, распределившись равномернее по телу, перестал тупо давить на плечи. Я был в "броне", но вот чего-то явно не хватало.

– Светик, где оставшаяся запчасть?
– спросил я.

– На верстаке в углу, - ответила она.
– Ты как?

– Да нормально, - ответил я, пробуя делать первые шаги.
– Только вот, как его снять, пока идей нет.

Я взял из рук Саныча недостающую часть, раздумывая, куда бы ее пристроить. Собственно, идей было немного, раз голова не покрыта, значит куда-то в ту степь и тулить надо.

– Саныч, - попросил я.
– Погляди, нет ли где-нибудь на шее или спине местечка для крепления этой штуковины.

– Не видно, что-то, - пробурчал Саныч после тщательного осмотра моих тылов.
– Впрочем, тут есть какие-то наметки между двумя какими-то "пушками", дай попробую.

Наметки оказались верными. Я не видел, что там произошло, но пришло чувство завершенной целостности. На голову начала наползать новая волна податливой брони, сопровождаемая успокаивающим теплом. Тут же в два голоса начали истерить мои симбиоты.

– Вторжение! Психический порог три-четвертых! Срочно нужна помощь!
– вопил в моем сознании пси-модуль симбиота.

– Изменение биохимических связей. Вторжение в эндокринную, нервную, кровеносную...
– чуть более спокойно бубнил блок медицинского контроля и поддержки.

– Прекратить панику!
– мысленно пытался я обуздать симбиотов.
– Нужна интеграция с новым симбиотом!

Но симбы сдаваться не собирались, отстаивая мою независимость. Я покачнулся, по телу пошла волна мурашек. Сделав судорожный шаг, я потерял ориентацию из-за головокружения и рухнул спиной вперед. Совершенно не почувствовав боли, я впал в какой-то неестественно сильный гнев.