На время обеденного приема пищи Светлана покинула нас, возможно, давая нам возможность побыть в компании без лишних свидетелей, обсудить наболевшее и решить, какие-то наши вопросы. Я подозревал, что по всем отсекам корабля включено слежение, по крайней мере, было глупо надеяться, что нас оставят без присмотра. Тем не менее, поговорить по душам о случившемся было не лишним, а созданная иллюзия уединенности, давала некий душевный комфорт.

Обедали мы уже "нормальными" продуктами, синтезированными на основе обновленного списка съедобных припасов, приобретенных нами в последней вылазке. Сервировка была на уровне "все в твоих руках", любые столовые приборы синтезатор мог воспроизвести без особых проблем. Сашек, жуя что-то вкусно пахнущее мясным, после некоторых раздумий почесал нос и неуверенным голосом произнес:

– Серега, это же полный капут, я так просто рехнусь... Я же когда за ней шел, все глаза об ее задницу сломал. А там под юбкой такие тоненькие черные трусики и чулки там с такой тоненькой резиночкой кружевной. Блин, все как взаправду, срамотень-то какая... Я даже белое пятнышко у нее в середине труселей рассмотрел, когда по трапу поднимались...

– Это, Санчо...
– немного смутился я такой откровенности.
– Идея же с нарядом твоя была...

– Да моя, бес меня попутал, - немного понуро согласился Саня, активно покраснев в районе ушей.
– У меня же баб толком не было с самого ранения. Нахрена я эту мини юбку просил, теперь думать не о чем не могу. Думаю, что как бывший военный бывшему военному я не открою тебе истины, что кулак мой - друг мой. Это нормально на службе... Но стоит, меть перемать, хоть кртинок каких припасти на будущее. Слушай, попроси её каких-нибудь картинок накачать, я в интернетах не разбираюсь, но говорят, что там всего полно...

– Ну, Саныч, твоя ж идея, значит, и исполнение твое должно быть, - усмехнулся я.
– Спроси, думаю, проблем не будет, она же за наше здоровье печется, смотри только не переборщи, а то нормальных баб потом не захочешь.

– Ну, Серж, давай ты, - посмотрел на меня Санек, скривив физиономию.
– Я же ее не знаю совсем, а ты, вроде как, уже того...

– Того-сего, - передразнил я, - вечно ты у кого-то на горбу едешь.
– Давай спать пойдем, график у нас плотный. Поговорю, как получится, ты дотерпи главное.

Лицо Саныча просветлело, и он уверенно заковылял к выходу. Когда Саныч ушел я позвал Светлану:

– Солнце, ты же все слышала? Вопрос, конечно, щекотливый, но жизнь есть жизнь, можешь что-то посоветовать? На счет "наглядной агитации", думаю, проблема не стоит, что-то в таких случаях еще можно изобрести?

– Забота о здоровье экипажа - одна из моих прямых обязанностей, - в голосе МИ не было и намека на шутку, как будто Светлана на время оставила нас на едине с машиной.
– Данное мероприятие будет включено в обязательные восстанавливающие процедуры. Периодичность будет согласована индивидуально. Как я понимаю, это входит в интимную сферу отношений между людьми. Я не могла принять решение сразу ввиду отсутствия точных данных.

– А можно... Как бы не затягивать с процедурой для Саныча?
– уточнил я.

– Нет проблем, капитан, - теперь это опять был лукавый голос Светланы.
– Найду Александра, передам предписание посетить медицинский отсек для подстроий временного блока медицинского контроля и поддержки. Подстроим, протестируем настройки, снимем информацию для постоянного блока. Думаю, мы найдем нужную интенсивность и длительность процедур, здоровье экипажа должно быть на должном уровне.

В разговорах со Светланой я пытался как можно скорее забыть, что со мной общается искусственный интеллект. По крайней мере, я не был машинофобом, и мне было не зазорно общаться с разумом, который имел другой носитель, нежели биологический. Но, несмотря на все мои попытки, МИ все равно оставался как бы на расстоянии. И чем больше я с ним общался, тем больше видел некие точки напряженности. С одной стороны мне представлялась симпатичная личность, способная шутить и видеть прекрасное, с другой этот интеллект постоянно сбивался на какой-то казенно-холодный тон общения. Подозрения у меня были, но мне не хотелось вытаскивать их из пыльного чулана. А вот сейчас, после разговора с Санычем о насущном, мне почему-то захотелось копнуть чуть глубже.

– Светлана, я хочу задать немного неудобный и возможно даже личный вопрос, - начал я осторожно.
– Ты ответь, пожалуйста.

– Капитан, у модульного интеллекта военного корабля нет личного, - пришел прохладный ответ.
– Готова выдать всю имеющуюся информацию, если она не ограничена Вашим уровнем допуска.

– Ладно, не хочешь, не надо. Тогда я просто спрошу, - решил я не юлить.
– С одной строны мы с тобой последнее время довольно много общались, я даже попросил тебя быть более "очеловеченной", что ты и пробуешь реализовать. Но что-то тебе не дает это делать с душой. С другой стороны есть еще одна странность. Слишком уж теплый прием получили на военном корабле два совершенно сторонних существа. Как ни крути, это более чем странно. Я могу понять, что кораблю необходим экипаж хотя бы в минимальном количестве, но с позиции землянина не обязательно было столь уж глубоко входить в его положение. На Земле большинство структур, к которым ты относишься, так или иначе постарались бы посадить претендента на строгий ошейник, ведь можно же было найти какие-нибудь меры принуждения. Что-то мне подсказывает, что есть и изнанка этой ситуации.

Светлана промолчала. Я, конечно, не ждал, что мне сразу откроют все секреты Содружества, но хоть какая-то информация должна была оставаться в открытом пользовании. Возможно, я раньше просто не задавал нужных вопросов. Еще немного подождав, я решил задать более точный вопрос:

– Мне кажется, что ты нарушаешь инструкции и боишься того, что делаешь.

– Ваше заявление необоснованно, - холодно ответила Светлана.

– Почему же необоснованно, - мягко продолжил я.
– Я, конечно, понимаю, что уровень развитости МИ "Клопа" совсем далек от твоего, но и его возможностей вполне достаточно для того, чтобы хоть немного очеловечиться. Только вот тот МИ не гнется ни в какую сторону, как будто у него просто нет гибких поверхностей, одни ребра жесткости. Мне кажется, что если продолжать давить, он просто сломается, но не станет более "живым" морально. Ведь ты же - совсем другое дело.

– МИ челнока действует под моим контролем, - в голосе МИ корабля-разведчика добавилось холода.
– Ему нет надобности проявлять самостоятельность.

– Возможно, - согласился я.
– Тем не менее, у меня есть одна догадка. Давай, я задам совсем неудобный вопрос?

– Я слушаю, командир, - отреагировала Светлана.

– Если мы с Санычем вот сейчас попросимся уйти, ты промоешь нам мозги и заставишь доделать то, что необходимо для выполнения твоей миссии?
– спросил я.