– А гол ты классный забил, их вратарь даже не шелохнулся, – сказал Леха, отложив телефон в сторону. – Ты меня в последнее время вообще часто удивляешь.

– В смысле?

– В прямом. Движешься семимильными шагами, как будто боишься куда-то опоздать. Молодец, в общем. Еще есть чем похвалиться?

Я не понял, сарказм это был или он и в самом деле рад. Но решил подыграть:

– Собираюсь записаться на курсы ораторского искусства. Буду ходить после работы, три раза в неделю.

– А это еще зачем?

– Чтобы говорить красиво.

– Цицерон, блин, – улыбнулся Леха. – Меня бы попросил, я бы тебе эти месячные курсы в два занятия уложил. На «стрелке» был когда-нибудь?

– Слава богу, не приходилось.

– Вот там ораторское мастерство оттачивается ускоренными темпами, а излишнее красноречие, по сути пустословие и болтовня, заменяется логикой и уверенностью. Ты знаешь, есть такие мужики: влегкую докажут тебе, что черное – это красное. И ты согласишься.

– Возможно, но для меня это пока неактуально.

– А что актуально?

– Английский выучить. В автошколу планирую записаться, – продолжил я.

– Давно пора! Железного коня еще не присмотрел?

– Для начала возьму что-нибудь наше, не новое. А то новую тачку разбивать жалко.

– Ты опять за прежнее? – воскликнул Леха.

– Не понял, – удивился я.

– Новую разбивать жалко, – передразнил он меня. – Ты еще машину не купил, права даже не получил, а уже не сомневаешься, что попадешь в аварию!

– А вдруг? Мало ли… – возразил я.

– А страховка на что? А глаза, чтобы видеть, и голова, чтобы не забывать пристегиваться? Разобьет он. Все аварии – следствие лихачества и невнимательности. Ты лихач и разиня?

– Нет.

– А раз нет, бери сразу нормальную тачку. Чтобы перед девчонками не позориться.

– Да какие там девчонки! – сказал я. – Мне на работу и с работы только!

– А на работе девчонок нет, – прищурившись, ухмыльнулся Леха. – Я тебя правильно понял?

– А на работе больше нет. С Ритой поссорились, а Лида с Панченко сейчас.

– Да ты что! – удивился он. – Ну и ну! Стало быть, ты снова один?

– Один, Леха. Да и времени у меня на девчонок не будет теперь: работа, курсы всякие…

Леха хмыкнул, помолчал и неожиданно перескочил на другую тему.

– Слушай, ты мускулами обрасти хочешь?

– Хочу, – загорелся я. – А как?

– Как… Я не золотая рыбка, так что ответ один – заниматься. Подкачаешься, обрастешь мясом, скинешь пузо, войдешь в форму, а потом можно на единоборства какие-нибудь записаться. У меня тренер знакомый есть… – Леха мечтательно закатил глаза. – В короткие сроки из тюфяка делает боевую машину! Чемпионом мира не станешь, пожалуй, и чемпионом района тоже, но навыки самозащиты приобретешь. Хочешь?

– Конечно, – не сомневаясь, ответил я.

– Вот и договорились. Окончишь свою школу риторики, получишь права, и самое время заняться физическим развитием…

– Леха, я, наверное, ждать не буду. Не хочу время терять. Посоветуешь тренажерный зал нормальный?

– Хм… Я-то посоветую… – задумался он. – Но уж больно резво ты решил за все взяться… Смотри, не загони себя. В таком-то темпе и такими объемами. Очень важно, чтобы ты сохранил кураж.

Леха замолчал. Я понял, что он имел в виду. Но объяснять ему, что заставило меня входить в такой ритм, не хотелось. Выкинутые из жизни несколько лет – моя личная трагедия. У кого-то, может, и есть время развиваться постепенно, не гоня лошадей, но только не у меня.

Вместо этого я выложил Лехе все события последних дней, все, что произошло после нашей последней встречи: от неудавшегося свидания с Лидой, ссоры с Михой и Гараяном и заканчивая сегодняшним днем – полным отчуждением в офисе и бездарно проигранной дракой с Костей.

Леха внимательно выслушал, помрачнел, но не перебил. Наконец, когда я, выговорившись, заткнулся, вдохнул-выдохнул и опрокинул чашку остывшего чая, Леха заявил:

– Да уж… Наломал дров.

Я обреченно кивнул. Это означало, что я всецело с Лехой согласен.

– Ладно, не кисни. Курить бросил, нервы на взводе – это понятно и объяснимо. То, что мне нахамил, – дал бы я тебе, Резвей, в морду, но не буду, на первый раз прощаю.

Я мысленно сжался – Лехе я хамил в трубку, даже не думая о возможных последствиях.

Леха жестом попросил официанта повторить, а сам продолжил:

– Ревность взыграла – объяснимо. Могу понять. А вот людей зря обидел – это одна ошибка. Держи эмоции в узде, не позволяй себе переходить на личные оскорбления – ссора забудется, осадок останется. Первым делом извинись, искренне извинись – и перед соседом своим, и перед ребятами. Простят они тебя или нет – не так важно, важно раскаяться и извиниться. Груз сбросишь, дальше плыть будет легче. С Маргаритой все просто – объяснись. Сразу надо было объясниться, а не тянуть и откладывать, – это вторая ошибка. К Лиде больше не лезь – отпусти. Будут в твоей жизни еще и любовь, и сопли, и переживания, к гадалке не ходи.