Доминик предлагает нам пива.

— Рад, что Гнэшер нашел тебя, Мэтью, — говорит Дом. — Луи наконец-то вытащил свое грозное оружие и разрешает нам всем позабавиться.

Симпсон держит в руках духовое ружье. Со вчерашнего дня оно не стало выглядеть менее зловеще. То же можно сказать и о владельце воздушки. Нэш делает глоток и громко рыгает.

— Сейчас установим мишени, — говорит он и собирает пустые банки.

Протягивает руку, и я вынужден залпом допить все оставшееся пиво. Ангус расставляет банки на стене.

— Кто первый? — спрашивает Симпсон.

— Это все же моя вечеринка, — говорит Дом, и никто не возражает, когда он берет пневматическое ружье из рук Луи.

— Когда ты стрелял в последний раз? — спрашивает Симпсон.

— В прошлом году.

— А из воздушки?

— Не прикасался к ней со школьных дней. Как она заряжается?

Симпсон взял у него винтовку и показал, как это делается.

— Я полагаю, один выстрел?

— Нет, в обойме двадцать пуль. Только всякий раз перезаряжай. Думаю, тебе не нужно напоминать, что следует должным образом обращаться с таким грозным оружием.

— Ну разумеется.

— Как ты предпочитаешь: лежа или стоя?

— Луи, неужели ты думаешь, что я испытываю большое желание валяться в дерьме? Стоя, конечно.

— У тебя есть право выбора. Однако из положения лежа лучше целиться.

— Не хочу достигать отличных результатов ценой потери своих лучших вельветовых штанов. Купил на распродаже. Мне вовсе не улыбается снова биться в толпе мерзких идиотов ради пары брюк.

— Заткнись, Доминик, и начинай стрелять, — говорит Симпсон, не в силах сдержать улыбки.

— Какие правила? — спрашивает Дом. — Бить в банки по очереди?

— А как ты думал?

Я полагал, что виновник торжества, несмотря на свои агрессивные заявления относительно сорок, пожирающих яйца куропаток, не сможет попасть в огромную мишень с расстояния в два ярда. Вопреки ожиданиям наш общий друг сбил со стены шесть баночек из десяти да еще казался недовольным.

— В школе мы занимались стрельбой, — объяснил он, видя мое удивление. — Все посещали этот кружок, даже пацифист и либерал Бланди. Нас освободили от кроссов, пока мы не достигли хороших результатов. Гнэшер и Луи считались самыми меткими стрелками. Они со свистом бегали по полю, а потом падали и поражали мишени прямо в яблочко.

— Не сравнивай меня с Луи, — возразил Нэш. — Он был, да и остается уникальным экземпляром. Ты ведь завоевал «серебро» на соревнованиях стран Содружества в девяносто четвертом году, не так ли, Луи?

— «Бронзу».

— Не повезло.

— Теперь моя очередь, — выступил вперед Бланден.

Подобно мне, он заметил колкость в словах Нэша, несмотря на щедрые похвалы, расточаемые в отношении друга.

Родди поразил четыре мишени и остался вполне доволен:

— Давно не упражнялся. Удивительно, как здорово на нас влияет стрельба.

Следующим вышел Нэш. Восемь баночек со звоном упали на землю. Он расстроился еще больше, чем Дом.

— Не уверен, что прицел хороший, — заявил Ангус. — На какое расстояние пристреливалась эта пушка?

Симпсон только кивнул в направлении стены.

Я сбегал туда и поставил мишени на место. Некоторые банки повреждены или вообще разодраны пулями, прошившими их насквозь.

— Ствол мощнее, чем казалось, — обратился я к Симпсону. — Может он нанести… скажем так, настоящий вред?

Луи посмотрел мне прямо в глаза:

— Ты хочешь спросить, смогу ли я убить человека из моего оружия?

— Именно.

— Зависит от расстояния. Если я выстрелю в твою голову отсюда, с двух ярдов, тогда, по всей вероятности, замочу тебя. А если пальну в твой зад, ты пару недель не сможешь сидеть, вот и все. Хочешь попробовать?

Он постепенно, осторожно подвел меня к тому, что я не мог отказаться от участия в соревновании. Никогда в жизни не прикасался к винтовке, даже к пневматической. Правда, провел немало времени за компьютерными играми, гася направо и налево плохих парней. Но стал ли я после этого метким стрелком? Вряд ли. Взял ружье в руки. Ощутил приятную тяжесть и гладкость. При этом все начали валять дурака и, как бы ежась от страха, отступили назад. Вставил пульку и спросил:

— Можно глотнуть пивка, чтобы руки не дрожали?

Только я потянулся за стоящей у моих ног баночкой, как Симпсон пронзительно крикнул:

— Разряди!

— Что?

— Разряди чертов ствол!

— Не понимаю.

Луи подбегает ко мне, выхватывает из моих рук винтовку и стреляет в землю. Он стоит совсем близко и смотрит на меня снизу вверх. Я взбешен, сбит с толку, унижен его поведением; не могу выносить взгляда этих фиолетовых глаз.

— Что за проблема, черт побери? — спросил я, созерцая его макушку.