– Он воспользовался открытием Даннингера, как и остальные, только на несколько лет позже. Вероятно, этим занимался Мендоса.

– Почему не сразу?

– Видимо, они хотели, чтобы Тальяферро оставался во главе разведки. Если бы он уподобился им, процесс старения в его организме пошел бы в обратную сторону. Он молодел бы с каждым днем.

Я с трудом сглотнула слюну:

– Алекс, я всегда считала, что повернуть старение вспять невозможно.

– Так говорят специалисты. Но Даннингер и, возможно, Мендоса явно нашли способ сделать это.

Я подключила генератор к одной из цепей и отрегулировала напряжение. Алекс щелкнул выключателем. Зажегся свет. Достав из кармана ключ, Алекс протянул его мне:

– Прошу.

Мы вышли в коридор, выбрали наугад дверь, нацелили на нее пульт и нажали кнопку «открыть». Ничего не произошло. Мы перешли к следующей двери.

– Где-то здесь, – сказал Алекс.

Нужная дверь оказалась в дальнем конце коридора. Никогда не забуду, как вспыхнула лампочка и дверь стала открываться. Тут ее заело, и Алекс с размаху ударил по ней ногой. Дверь распахнулась, включилась настольная лампа. Жилище Мэдди.

– Поздравляю, – сказала я.

– Угу. – Алекс широко улыбнулся. – Кажется, получилось.

– А остальные жили в других блоках.

В моих наушниках слышалось дыхание Мэдди.

– И что дальше? – спросила я.

– Заберем Мэдди с собой и выясним, что с ней делать. А потом побеседуем с Эверсоном.

– Думаешь, он согласится?

– О да, – кивнул Алекс. – Вообще-то, я буду удивлен, если он не свяжется с нами, как только узнает о нашем возвращении.

– Нам здесь еще что-нибудь нужно?

– Нет. Пожалуй, пора уходить.

Я посмотрела на коридор. При свете ламп он уже не производил такого романтического впечатления и казался запущенным. Интересно, как выглядела станция во времена ее расцвета, действующая, населенная кангами? Сколько мог стоить исправный искин той эпохи? Мне вспомнилась идея Алекса насчет отслеживания древних радиосигналов.

Ладно. Нужно думать о насущном.

Дыхания Мэдди больше не было слышно – она отключила связь. Ничего не сказав Алексу, я двинулась по коридору к той комнате, где мы ее оставили.

Мэдди исчезла.

Известив об этом Алекса, я заглянула в вестибюль, но Мэдди не оказалось и там.

– Ее пистолет у тебя? – спросил Алекс.

– Да.

– Тогда не страшно.

Скремблер должен был вывести ее из строя примерно на полчаса. Мы отсутствовали меньше десяти минут.

– Возможно, ее тело выносливее, чем у обычного человека, – заметил Алекс.

Черт! Мне следовало сообразить.

– Все из-за скафандра. Он ее защитил.

Алекс издал раздраженное ворчание:

– Ладно. Мы нашли то, что искали. Уходим отсюда.

– И побыстрее, – добавила я.

Почувствовав тревогу в моем голосе, он не стал задавать вопросы. Поспешно покинув вестибюль, мы двинулись назад по коридору. До шлюза было около трех километров – не слишком приятное обстоятельство. Корабля Мэдди мы не видели: я предположила, что ей удалось привести в рабочее состояние стыковочный модуль, где она и оставила корабль. Стыковочные модули всегда примыкают к жилым помещениям, и она могла добраться до своего корабля намного быстрее, чем мы – до нашего. Что еще хуже, Алекс был далеко не самым проворным из двуногих созданий.

– Я пойду вперед, – заявила я. – Нужно обезопасить «Белль».

Я помчалась по туннелю, жалея, что нахожусь не в лучшей форме.

На гражданских кораблях нет оружия как такового, но есть система предотвращения угроз, в которую входят излучатели. Система срабатывает автоматически, когда к кораблю по опасной траектории приближается камень: так было возле Террановы. Однако предустановленные параметры системы не позволяют стрелять в подлетающий корабль. Тем не менее ничто не мешало Мэдди изменить параметры. Да, ей пришлось бы вводить их вручную – функция, позволяющая избежать непреднамеренного выстрела по ошибочной цели, – но это заняло бы несколько минут. А потом Мэдди уничтожает «Белль», оставляя нас на произвол судьбы.

Бежать в скафандре тяжело, а в невесомости и внутри туннеля – тем более. Каждый раз, когда туннель изгибался, я надеялась увидеть впереди себя Мэдди, хотя и понимала, что это маловероятно. И конечно же, туннель оставался темным и пустым. Наконец я вывалилась из шлюза, тяжело дыша, и увидела челнок – метрах в пятидесяти от поверхности, над полем солнечных батарей. Я вышла на связь с Белль.

– Привет, Чейз.

– Белль, с тобой все в порядке?

– Все отлично, спасибо. А у тебя как дела?