– Не все выгружайте. Проход сделайте – и хватит! – распорядился главный.

В итоге машину не полностью разгружали, а всего лишь проделывали проход к задней стенке. Главный проверяющий участия в погрузочно-разгрузочных работах не принимал. Велев одному из таможенников присматривать за водителем, он и сам не спускал с него глаз. Хотя – дурак тот был бы, если в побежал. Куда? Кругом тайга, а впереди граница страны, которая традиционно выдает назад беглецов.

Работа шла, на обочине громоздились вынутые коробки. Впрочем, продолжалось это недолго.

– Товарищ капитан! Поглядите! Есть! – закричали из машины.

Главный с легкостью, выдававшей хорошую физическую подготовку, забрался в кузов, жалея, что испачкает свой навороченный костюм. Следом влез и Замятин. Это далось ему куда труднее – расслабился на таможенных харчах.

Широкий проход, проделанный в грузе, тянулся примерно на треть длины кузова. Дальше была пустота.

– А! Приехали, ребята… – довольным голосом сказал главный.

В глубине фуры, оказывается, были люди. В свете фонаря блестели от пота бородатые испуганные лица.

– А ну выходи! – рявкнул капитан. Никакой реакции.

– По-русски не понимаете? Сергеенко, объясни товарищам…

Один из сопровождавших проверяющего выразительно повел Калашниковым. Вид знаменитого оружия, похоже, был знаком людям в кузове – они стали послушно выбираться наружу. Было их человек двадцать, в большинстве – бородатые, смуглые, восточного типа. Одеты они были по-европейски, но как-то очень неряшливо. Что, впрочем, понятно. Поболтайся вот так в грузовике… А сколько они еще времени перемещались разными путями по нашей великой и необъятной. А сначала еще по Таджикистану… Кто бы это мог быть? Наверняка – афганцы, попытавшиеся сбежать от бесконечной гражданской войны в Европу, которая казалась им раем земным.

Замятин и не заметил, как откуда-то вынырнула «девятка», из которой вывалились парни с телекамерой. У него на душе сразу отлегло. Теперь куда спокойнее. Он тут ни при чем. Начальство в Петрозаводске, получив откуда-то информацию, решило устроить образцово-показательное шоу – «задержание нелегальных мигрантов». Ха, так под это дело, может, наоборот, какие-нибудь выгоды могут нарисоваться…

– Есть куда их запереть? – спросил он у проверяющего. – Автобус за ними я уже вызвал.

– Найдется место.

– Тогда давай. Строим их и гоним к твоему цугундеру.

И тут вдруг случилось нечто совершенно неожиданное. Один из афганцев, отпихнув соседа, прытко бросился в тайгу.

Оба сопровождающих и таможенник бросились следом. Погоня продолжалась недолго. За придорожными кустами начинался заболоченный лес. Беглецу, одетому в какие-то легкие туфли, не уйти было от накачанных натренированных парней в десантных сапогах. В общем, отбежал этот тип недалеко, его поймали, повалили мордой в мох и скрутили.

– Что это он? – спросил Замятин проверяющего.

– Черт его знает… – протянул тот. Судя по всему, он был не менее озадачен.

В самом деле, ну куда бежать человеку без документов и, наверняка без денег, не понимающему порусски, очутившемуся в глухом углу совершенно чужой страны? Да его бы комары в тайге сожрали.

Капитан оглядел беглеца. Это был худощавый безбородый, но усатый парень лет двадцати пяти. В его глазах читалась откровенная тоска.

– Что бежал? Кто такой?

В ответ тот жалобно пробормотал что-то на незнакомом языке. Понятным было только имя Аллаха.

– Может, нервы сдали у парня? – предположил Сергеенко. – Его можно понять – болтаться в такой колымаге…

– Да нет, не похоже. Бежал – значит, имел к тому основания. А ну-ка обыщи его.

Сергеенко начал деловито шмонать афганца.

– Товарищ капитан, у него что-то такое странное под рубашкой. Типа рулона. Вроде какая-то материя.

– Тащи.

Парень задергался, но, разумеется, ничего поделать не смог. Вскоре на белый свет был извлечен пакет, завернутый в полиэтилен.

– Что это? – спросил капитан.

Парень снова забормотал что-то, поминая Аллаха.

– Так, тщательно осмотреть машину. Может, там еще есть. А мы пойдем-ка, Замятин, к тебе в кабинет. Поглядим, что теперь возят нелегальные мигранты.

В кабинете капитан развернул упаковку. Внутри оказался рулон холста. Положив на стол, капитан начал тщательно его разворачивать.

– Едрить твою! Всякое я ожидал увидеть – но чтобы вот такое…

Замятин увидел две лежащие на столе картины – какие-то явно нерусские пейзажи. Вроде как, старинные.